Краткое содержание крапивина дети синего фламинго за 2 минуты пересказ сюжета

Повествование ведётся от лица пятиклассника Женьки Ушакова. Деление пересказа на главы — условное.

Невидимый остров Двин

В тот вечер одиннадца­тилетний Женька Ушаков играл с друзьями в рыцарей.

Женька Ушаков — пятиклассник, одиннадцать лет, любит играть в рыцарей, честен и благороден

На своём самодельном щите он нарисовал герб — оленя. Своего «противника», Толика из соседнего квартала.

Толик — мальчик из соседнего квартала, ровесник и новый друг Женьки, вырезал волшебный кинжал

Женька загнал на край овражка, заросшего крапивой, но проявил благородство и сбрасывать его туда не стал. Ребята подружились. Толик подарил Женьке собствен­норучно вырезанный из сосны кинжал с резной рукояткой.

Продолжение после рекламы:

Родители Женьки уехали на неделю, и мальчик отправился ночевать к бабушке, за город. В автобусе Женька заметил, что за ним пристально наблюдает худой дядька в старомодном пиджаке. Мальчику это не понравилось, он сошёл на ближайшей остановке и дальше пошёл пешком.

Незнакомец догнал Женьку у озера. Он назвался Ктором Эхо, первым заместителем правителя острова Двид.

Ктор Эхо — заместитель правителя острова Двид; ищет рыцаря, который избавит жителей острова от Ящера

Уже давно этот остров находится под гнётом Ящера. Согласно древней легенде, остров освободит юный рыцарь из дальней страны. Ктор видел, как благородно Женька поступил с Толиком, и решил, что Рыцарь Оленя сможет убить Ящера.

В доказательство Ктор показал Женьке остров через волшебное зеркальце и уверил, что всё займёт не больше трёх дней. Мальчик согласился — бабушка не знает, что его родители уехали, и волноваться не станет, а он быстро вернётся.

Ктор отвёз Женьку на невидимый остров Двид и представил правителю, который считал, что Ящер никого не угнетает, а просто чутко «реагирует на любое нарушение в равновесии порядка» и начинает сердится. Раз в месяц чудовище поднимается со дна озера и смотрит, всё ли в порядке на его острове.

Брифли существует благодаря рекламе:

Чудовищный спрут, смертный приговор и побег из темницы

На следующий день Ктор показал Женьке единственные город на острове. Мальчик понял, что жители Двида полностью подчиняются законам Ящера. На острове запрещалось бегать, играть, петь и смеяться — это нарушало покой чудовища. Провинившихся, в основном детей, прилюдно пороли на специальных передвижных платформах.

Женька заметил, что на улицах города совсем нет молодёжи — только дети и взрослые. Ктор объяснил, что здесь детей воспитывают так, что они сразу становятся степенными и послушными, ведь от молодёжи слишком много неприятностей — вечно они придумывают что-то новое.

Всё увиденное Женьке не понравилось, и он решил непременно убить Ящера. Мальчику выдали меч и щит, и на следующий день он отправился к озеру. Он ожидал увидеть дракона, но из озера поднялся громадный, покрытый стальной бронёй спрут, настолько страшный, что мальчик бросил меч и убежал.

Женьку поймали и посадили в темницу. Вечером мальчика навестил Ктор и сообщил, что Женька стал государ­ственным преступником и ему отрубят голову. Чувствуя свою вину, он показал мальчику подземный ход, и Женька сбежал из темницы.

Продолжение после рекламы:

Знакомство с Птицей и встреча с отшельником

Подземный ход вывел Женьку в лес, где он встретил трёхметровую птицу, похожую на синего фламинго. Её птенец выпал из гнезда, и мальчик помог поднять его обратно. На редкость разумная Птица подружилась с Женькой.

Любая мать, любой отец будут благодарны тому, кто выручит из беды их ребёнка.

Мальчик обнаружил, что Птица прилетает, если свиснуть в большой старинный ключ от его квартиры, а её перья так отражали свет, что она становилась невидимой.

Женька пошёл дальше, заблудился в лесу и встретил отшельника, который поселился здесь, чтобы найти Вечную Истину — смысл человеческого бытия, и никому не делал ни добра, ни зла. Женька поел и переночевал у него. Утром он пошёл по указанной отшельником дороге и каким-то чудом оказался прямо на городской площади, где его уже ожидал палач.

Побег и новые друзья

Женьку схватили, обыскали и объявили приговор. В качестве последнего желания мальчик потребовал, чтобы ему вернули его вещи — ключ от квартиры и подаренный Толиком кинжал.

Женька свистнул в ключ, Птица прилетела и отнесла вцепившегося в её ноги мальчика к полураз­рушенной крепости на берегу острова.

Защищаясь во время побега, Женька обнаружил, что его деревянный кинжалом может пронзить кольчугу из стальных колец.

В крепости жили дети, убежавшие из городских приютов, подальше от «равновесия порядка». Главой этого маленького племени из десяти мальчишек и одной девочки был Дуг, рыжеволосый юноша, который не постарел, как остальные островитяне.

Дуг — рыжеволосый юноша, опекает и защищает детей, сбежавших из города

Среди них был мальчик по прозвищу Малыш, который заблудился в Заколдованном лесу и забыл своё имя.

Женька рассказал детям про «Дальний мир», о котором они ничего не знали. Он узнал, что Невидимые птицы считались вымершими и стали полусказкой, а тропинки в окружавшем город лесу всегда приводили на городскую площадь и отшельник прекрасно знал об этом. Дуг объяснил, что юных рыцарей из внешнего мира заманивают на остров, чтобы прилюдно казнить — тогда люди надолго забывают о легенде.

Брифли существует благодаря рекламе:

Легенда о Ящере м юных рыцарях

Легенду Дуг рассказал вечером, у костра. Когда-то на острове Двид жили весёлые, трудолюбивые и искусные мастера. Они плавали по морям и торговали с другими странами. В то время на острове жили два друга — Учёный и Правитель.

Соседи, завидуя богатству Двида, решили объединиться и напасть на остров. Для защиты были возведены прибрежные крепости, но это не помогло. Тогда Учёный построил огромного стального Ящера, который потопил вражеские корабли, а потом, изучив свойства Невидимых птиц, сделал остров невидимым.

Теперь никто не угрожал Двиду, и Учёный захотел уничтожить Ящера, но Правитель решил использовать его, чтобы навсегда остаться у власти. Учёный не захотел ему помогать и попытался сделать устройство для уничтожения Ящера, но не успел — Правитель приговорил его к казни. Учёный отлил из металла скульптуру двух мальчиков, которые освободят Двид от Ящера, и выпил яд.

Правитель пообещал Учёному не разрушать скульптуру и не мешать людям смотреть на неё. Скульптуру установили на горном плато вдали от города, и вскоре люди забыли о ней.

Прошло много лет, на острове установилось «равновесие порядка», подкреплённое страхом перед гневом Ящера.

Но дети время от времени вспоминали о легенде, и тогда Правитель заманивал на Двид очередного рыцаря, чтобы казнить его в назидание другим.

Все дети рождаются смелыми…

От Дуга Женька узнал, что дней через десять подует попутный юго-западный ветер, и тогда Птица сможет донести его до дома.

Встреча с земляком и невольное предательство

Женька остался в крепости. Однажды, купаясь в море, он заметил на Малыше красные плавки и внезапно понял, что мальчик — его земляк Юлька Гаранин, который считался утонувшим.

Юлька Гаранин — земляк Женьки, был похищен и доставлен на Двид; родители считают его погибшим

Женька окликнул Юльку по имени, и тот всё вспомнил. Он тоже встретил незнакомца, рассказавшего про остров Двид и Ящера, но не поверил ему, поэтому Юльку просто похитили и бросили в темницу. Мальчик сбежал оттуда, заблудился в Заколдованном лесу и потерял память. Мальчики решили вернуться домой вместе.

Посреди крепостного двора стоя огромная пушка с каменными ядрами. Женька подумал, что снаряд этой пушки может долететь до озера и уничтожить Ящера. Он рассказал об этом Дугу, ребята обыскали крепость и нашли порох. Всё было готово, но во время поисков один из мальчиков наступил на грязную рыбью кость и у него распухла нога.

Юльку отправили к местной знахарке за лекарством, его схватили слуги Ящера, стали угрожать страшными пытками и испуганный мальчик предал друзей и провёл врагов в крепость. По дороге Юлька сумел взорвать запасы пороха и единственный выход из крепости обрушился.

Слуги Ящера начали обстреливать крепость и убили Дуга. Остальных ребят Птица перенесла в плодородную Синюю долину, покинутую жителями из-за синего тумана, который по утрам выползал из расщелин. Для детей туман был безопасен, а взрослые, вдохнув его, умирали.

Гибель Птицы и уничтожение Ящера

Наконец, подул юго-западный ветер. Женька и Юлька не хотели оставлять друзей, но им нельзя было оставаться на острове, ведь их приговорили к казни. Остальным детям грозил только приют — на Двиде запрещалось убивать местных детей.

Сев на привязанную к лапам Птицы скамью, друзья отправились в путь. По дороге их обстреляли. Птица погибла, а мальчики оказались у плато, где стояла скульптура. Под скульптурой они нашли устройство, уничтожающее Ящера. Восполь­зо­вавшись им и кинжалом, мальчики разрушили Ящера и направились в город.

К удивлению друзей, жизнь в городе не изменилась. Они прорвались во дворец и выяснили, что Правитель — это Ктор, который умел изменять внешность. Правитель начал уговаривать друзей отправиться домой на воздушном шаре, ведь это не их война. Женька согласился, но Юлька, чувствовавший себя предателем, в последний момент решил остаться и помочь друзьям.

Возвращение на остров Двид

Через несколько дней Женьку нашли в лесу у дома без сознания. Почти всю зиму он проболел, и ему начало казаться, что все приключения были обычным бредом. Только весной он всё рассказал Толику, а потом в старых шортах нашёл ключ и подул в него. На зов прилетел выживший птенец Птицы.

Ребята вырезали себе по кинжалу и отправились на остров Двид. Оказалось, что восставшим детям острова помогает множество Невидимых птиц. Стремительным синим десантом дети спустились в город и свергли Правителя.

В тот день дети стали смеяться смелее, а многие взрослые помолодели…

Потом Женька, Толик и Юлька вернулись домой. Женька навсегда запомнил крик бегущего к родителям Юльки: «Мама! Мамочка! Мама-а! Я пришёл…».

Источник: https://briefly.ru/krapivin/deti_sinego_flamingo/

Дети синего фламинго — краткое содержание повести Крапивина

История, случившаяся с Женей Ушаковым, самым обыкновенным мальчиком из нашего времени, удивительна и невероятна. Он направлялся к своей бабушке и встретил мужчину, который поведал ему об обитателях острова Двид. Незнакомец уговаривал Женю помочь ему. Оно должны были отправиться на остров и спасти жителей от страшного Ящера. Мальчик решается поехать с мужчиной на остров Двид.

Прибыв на остров, Женя понимает, что на самом деле ящер – это огромный робот-осьминог, и он держит в страхе весь народ. Победить его невозможно. Мальчик решается сбежать, но какие-то люди догоняют его. Женю обвиняют и начинают судить. Суд приговаривает мальчика к казни. На помощь приходит Синяя птица, когда мальчик сбегал от Ящера, то помог этой птице спасти ее детеныша.

Птица на своих крыльях несет мальчика в небольшую старую крепость. Там укрываются от опасности множество ребят. Мальчику объясняют, что на острове не существует детей, когда они оказываются на острове, они мгновенно превращаются во взрослых.

Женя все-таки находит одного молодого человека, его зовут Дуг. Но солдаты, которые преследовали мальчика, опять его обнаруживают. Они опять хотят арестовать его, но Женя и его новый друг пытаются улететь из крепости на Синей птице. Однако друзьям не удается побег, Дуг погибает в схватке, а после умирает и Синяя птица.

В крепости Женя встречает Юльку, мальчика которого знал в своей реальной жизни. Он жил с ним по соседству и все считали, что мальчик утонул. Женя и Юлька стали дружить.

Когда друзья пытались сбежать, они нашли пульт управления. С его помощью они управляют Ящером и побеждают его. Ящер погибает.

Дальше дети решают победить короля Тихомира. Но когда Женя видит короля, то понимает что это тот самый незнакомец, заманивший его на этот остров.

Король помогает мальчику вернуться домой на воздушном шаре. Юлька помогает другу и отправляет Женю. Юлька не может вернуться, ему нужно позаботиться о детях Синего фламинго.

Уже дома к Жене снова прилетает Синяя птица. Оказывается, что это птенец той птицы, которая помогла мальчику на острове и погибла.

Мальчик вместе со своим другом Толиком вновь отправляются на остров. На Синей птице они летят, чтобы победить короля и его прислужников.

Ребятам удалось спасти остров от злобного короля, они вернулись домой, захватив с собой и Юльку. Родители его были очень рады встретить своего сына живым и здоровым.

Рассказ учит настоящей дружбе, которая творит чудеса и возвращает к жизни и помогает в любых ситуациях.

Читательский дневник.

Источник: http://sochinite.ru/kratkie-soderzhaniya/krapivin/deti-sinego-flamingo-povest

Владислав Крапивин — Дети синего фламинго

Пятиклассник Женька Ушаков – герой повести из цикла «Сказки о парусах и крыльях» – попадает на таинственный остров Двид, и необходимость помочь своим новым друзьям-островитянам вовлекает его в невероятные приключения.

У меня в кармашке лежали всего пятнадцать копеек, да к тому же пять из них нужны были на билет. Я виновато посмотрел на подбежавшего Толика. Но он весело зашарил по карманам и тут же отыскал гривенник и двушку.

Тетка сердито сунула нам запечатанную бутылку, а потом сдачу – мокрыми копейками. Мы кинули в траву щиты и сели на них. Будто настоящие рыцари на привале.

– А чем открывать? – спросил Толик. Он попробовал сорвать пробку зубами, но она держалась, как припаянная. Мне показалось, что тетка за стеклом киоска ехидно ухмыляется.

– Подожди-ка, – сказал я и снял с себя ключ (он висел на шнурке под майкой).

О ключе надо сказать подробнее. Наш двухэтажный дом был очень старый, и тяжелые врезные замки в дверях были тоже, наверно, столетние. Поэтому и ключи от нашей квартиры не походили на обычные. Они были медные, с трубчатым стержнем, хитрой зубчатой бородкой и фигурным колечком. Будто от старинной шкатулки.

Такой, если потеряешь, у слесаря уже не закажешь. Мама всегда боялась, что я выроню ключ, когда бегаю на улице: кармашки на шортах мелкие, а скакать и кувыркаться я любил. Вот и приходилось таскать ключ на шнурке под майкой. Я немного стеснялся этого: с ключом на шее обычно ходят малыши.

Но мама просила, и я не спорил…

Я подцепил пробку зубчиками ключа. Она сверкнула и улетела в одуванчики. Мы выпили из горлышка шипучую газировку, спустили бутылку в урну, потом еще посидели на щитах, и тут подошел автобус.

  • – Ну… ты приезжай завтра, – проговорил Толик, когда дверь зашипела и открылась.
  • – Ладно! Я обязательно…
  • Он вдруг распахнул курточку и выдернул из-за ремешка небольшой деревянный кинжал. Протянул мне на открытой ладони:
  • – Хочешь?

У кинжала была красивая рукоятка – с мелким вырезанным узором. Конечно, я хотел такой. Но дело даже не в кинжале.

– Какой хороший… Сам делал?

– Сам. Бери.

– Насовсем?

– Конечно. – Толик быстро вскинул на меня свои глаза с золотыми точками и опять опустил ресницы.

– Спасибо… Толик, – сказал я и взял кинжал. И, цепляясь своим рыцарским снаряжением за дверь, полез в автобус.

Дверь сразу закрылась. Я глянул через стекло и увидел, как Толик слегка поднял руку, словно хочет помахать и не решается. Тогда я несколько раз махнул кинжалом, и Толик быстро замахал в ответ. И я поехал…

Когда не стало видно Толика, я сунул кинжал под резинку на поясе и достал мокрые копейки. В это время щелкнул и откашлялся динамик. “Сейчас заскрипит: мальчик, а ну бери билет”, – с неприятным ожиданием подумал я. И скорее шагнул к кассе.

Читайте также:  Краткое содержание рассказов эмиля золя за 2 минуты

– Мальчик, не опускай деньги, – басовито сказал динамик. – В кассе билеты кончились… Ничего, езжай так, автобус не рассыплется… – За темными стеклами кабины я не видел водителя, но мне показалось, что он пожилой, с большими усами и улыбчивый.

Пассажиры на меня заоглядывались: что за мальчик, которому разрешили ехать без билета? Мне показалось, что они думают: “Вот чудак, забрался сюда с деревянным щитом и мечом; не маленький вроде бы, а с игрушками”. Я поскорее сел на свободное место к окошку и поставил шит на колени – загородился. Но от всех не загородишься.

Один пассажир (он сидел у противоположного окна) все посматривал на меня. Это был худой дядька в каком-то старомодном пиджаке и помятой широкополой шляпе.

Не люблю, когда меня разглядывают!

Я сердито передвинул щит вправо – так, что кромкой расцарапал кожу на колене. Разозлился и стал, не отрываясь, глядеть в окно.

Солнце спряталось, но облака еще ярко светились. Казалось, что они летят, не отставая от автобуса, над антеннами, над маленькими домами окраинных улиц. Потом – над деревьями вдоль тракта… Я смотрел на облака минут пять, затем опять оглянулся на неприятного дядьку. От светлых облаков плясали в глазах зеленые пятна, однако я заметил, что он по-прежнему разглядывает меня.

Что ему надо?

Мне даже стало не по себе. И я решил: поеду не до конечной остановки, а выйду раньше, у дома отдыха “Звездный”. Оттуда – сначала по берегу, потом вдоль огородов, и я у бабушки.

Остановка находилась у самого озера. Я вышел на берег и зашагал вдоль воды по песку.

Вода и небо еще были светлыми, а на землю уже наползали сумерки. На далеком берегу переливались огоньки. За деревьями, в парке “Звездного”, загорелись лампочки. Но сильнее лампочек была круглая луна. Поднялась она недавно, однако почти сразу стала светить как прожектор.

Вдоль берега росли старые ветлы, их темные листья иногда заслоняли луну и словно разрывали на яркие клочки. Это было красиво. Но от воды и от влажного песка тянуло зябкой сыростью, поэтому я не очень-то любовался на луну. Я даже пожалел, что не забежал домой за курточкой.

Чтобы не продрогнуть совсем, я отошел подальше от воды – к траве у границы песчаного пляжа. Трава была густая и довольно высокая. В ней вдруг затрещал одинокий кузнечик. Может быть, тоже озяб?

Я почти дошел до тропинки и вдруг увидел в траве желтый полумесяц. Не такой яркий, как луна, однако заметный. Кто-то забыл здесь большой мяч – наполовину синий, наполовину желтый. Синий бок сливался с травой, а желтый светился, как серп какой-то полуосвещенной планеты. Она заблудилась в здешнем травяном космосе.

Я выкатил мяч на песок, чтобы тот, кто будет искать, сразу увидел его. Резиновые бока у мяча были теплые, как у живого. А не озябнет он здесь на голом песке?

Только я подумал про это, как услышал за спиной:

– Не уходите, пожалуйста…

Я сначала не понял, что это мне. Но оглянулся. По берегу торопливо шел человек. Было довольно светло от воды и неба, и я сразу узнал дядьку в широкополой шляпе. Того, из автобуса.

А больше никого кругом не было.

– Подождите меня, будьте добры, – сказал мне этот человек. Он слегка запыхался. Голос у него был странный: слишком тонкий и мягкий, не подходящий такому высокому мужчине.

Я удивился, конечно, и замер на месте. Незнакомец подошел. Он снял шляпу и держал ее у груди.

– Извините, – сказал он. – Мне показалось, что в автобусе я рассердил вас. Мое слишком пристальное внимание было, видимо, неприличным. Но вы все поймете, если выслушаете меня…

  1. Ко мне впервые обращались так длинно и вежливо. Я растерялся и поэтому ответил грубовато:
  2. – Ну… говорите.
  3. – Сядем, если позволите, – попросил он.

Недалеко от нас темнела вкопанная в песок скамейка – два бревнышка и доска. Незнакомец подождал, когда я сяду, и сам примостился на краю доски. “Что ему надо?” – опять подумал я. А он наклонился, заглянул мне в лицо и мягким своим голосом спросил:

– Скажите, вы рыцарь?

“Ну, все понятно”, – решил я.

Наверно, в автобусе рядом со мной стояла какая-нибудь старушка, а я не заметил. И теперь этот человек будет меня воспитывать: “Вот ты изображаешь из себя рыцаря, а бабушке место не уступил. Разве рыцари так поступают?” Я и раньше встречал таких взрослых: они очень любят подъезжать к ребятам с воспитательными беседами.

А в автобусе и так было много свободных мест!

– Что вам от меня нужно? – не очень-то ласково сказал я.

– Простите, – опять мягко проговорил он. – Я наблюдал за вами не только в автобусе, но и раньше… Во время вашего рыцарского турнира… Ваше благородное отношение к противнику… Это убедило меня, что вы действительно рыцарь…

“Издевается, что ли?” – подумал я.

А он продолжал:

– Я разглядел ваш знак – гордого оленя. Рыцарь Оленя – можно я буду вас так называть, пока не узнал вашего имени?

“Может, пьяный?” – подумал я и встал. И сказал ему:

– Вам нравится шутить, а мне надо идти. Уже поздно.

Он тоже встал и опять прижал шляпу к груди.

– Вы сердитесь… Вы должны извинить меня, я не из этой страны и невольно могу нарушить какие-то обычаи. Но прошу: выслушайте меня…

“Шляпа ненормальная, пиджак какой-то странный, – подумал я. – Может, в самом деле иностранец?”

И спросил:

– Вы интурист?

– М-м… Я не знаю, что такое “интурист”. Но я издалека. – Незнакомец слегка нагнулся ко мне, словно надломился в пояснице. – Я с острова Двид. И я ищу юного рыцаря, который избавит мою страну от векового зла.

Тут я, по правде говоря, перетрусил! Уже сумерки, кругом никого, а я один на один с сумасшедшим. Я сделал шаг назад: если рвану изо всех сил – не догонит.

Он заметил мое движение, как-то сник, сел на край скамейки и с тихим отчаянием сказал:

– Вот и вы, Рыцарь Оленя, хотите уйти. Как многие… Я прошел столько земель и не отыскал никого…

Что-то странное было в его голосе. Мне стало жаль его. “Может, он не опасный? – подумал я. – Может, просто немного свихнулся и теперь мучается?”

– Ну а что вам надо-то? – неловко спросил я.

Незнакомец с надеждой поднял голову. И тихо, но горячо проговорил:

– Мне надо многое… Мне надо, чтобы вы, Рыцарь Оленя, отправились со мной на остров Двид и сразились с Ящером. С тем чудовищем, которое много-много лет держит в страхе всех людей нашей страны.

Источник: https://mybrary.ru/books/detskaya-literatura/child-adv/page-2-201045-vladislav-krapivin-deti-sinego-flamingo.html

Статья (5 класс) по теме: Повесть-сказка В.П. Крапивина «Дети синего Фламинго» | Социальная сеть работников образования

Кутняхова Н.А.,

Учитель литературы МБДОУ СОШ № 2 г. Зверево, кандидат пед. наук

Повесть-сказка В.П. Крапивина «Дети синего Фламинго»

Волшебная повесть-сказка В.П. Крапивина «Дети синего Фламинго» экранизирована в 2010 году режиссером Анарио Мамедовым, создавшим «Легенду острова Двид» — детский приключенческий фильм.

Незадолго до премьеры  автор дал негативную оценку фильму, отметив, что фильм излишне  современен, сюжет низведен «до простенькой сказочки, лишенной всякого психологизма» и содержит ряд «несообразностей и нестыковок».

 Персонажи фильма  агрессивны и легкомысленны, что, по мнению писателя, исказило основную идею повести: «преданность друзьям, любовь к родителям, верность родному дому помогают преодолеть суровые испытания».[1] 

В повести-сказке В.П. Крапивина нет полутонов, все цвета – яркие, насыщенные, чаще всего – монохромные. Доминируют три цвета: синий, желтый,  серый и их редкие комбинации.

Все «синее» в сказке  связано, в первую очередь, с  красотой природы и души человека:  синее (реже – голубое) небо  острова Двид: «синева неба», «за сухими метелками вдруг заблестела синяя вода», «синело небо», «темно-синее небо», «синий круг утреннего неба», «холмы… становились вдали синими», «несколько дней я не мог привыкнуть к высоте, простору и громадной синеве», «ярко-синие», лучащиеся теплом и добротой,  глаза  Дуга. Магия синего цвета – в таинственном тумане, вдыхать который не могут взрослые, в цвете птиц,  невидимых в солнечных лучах, в цвете скромных цветков, растущих на развалинах бастионов, в отряде мальчишек («синий десант»), способном сломать вековые традиции «равновесия порядка». Синий цвет часто появляется там, где окружающий мир – спокоен, безмятежен, где нет места лжи, предательству, беде.

  • В синий цвет вкладывает автор собственное понимание справедливости и искренности. Ответив на вопрос, в каких эпизодах, в описании каких героев сказки появляется глубокий синий цвет, подготовим юного читателя к ответу на важные вопросы:
  • —  Почему названа книга «Дети синего фламинго»?  
  • — О  ком идет речь?
  • — Почему именно синий цвет становится ключевым, самым важным?

Синий цвет, сочетающийся с желтым,  показывает грань  между двумя мирами: островом Двид и миром, родным Женьке Ушакову и Юльке Гаранину.

Все то, что связано с границей между мирами – имеет половинчатую окраску:  мяч, который попадается  на Женькином пути в тот момент, когда пространство родного дома готово уступить место сказке Двида: «Я почти  дошел до тропинки и вдруг увидел в траве желтый полумесяц. Не такой яркий, как луна, однако заметный.

Кто-то забыл здесь большой мяч – наполовину синий, наполовину – желтый. Синий бок сливался с травой, а желтый светился, как серп какой-то полуосвещенной планеты. Она заблудилась в здешнем травяном космосе».

  1. Роль  желто-синего мяча – знака предостережения гораздо шире, если  его рассматривать как мотив невольного взросления главного героя, как знак грядущих перемен:
  2. …А солнце плещется в реке,
  3.  И горн, трубя, зовёт на бой,
  4.  И деревянный меч в руке —
  5.  Или гитара за спиной:
  6.  Вы на мечи сменили мячики,
  7.  Вы гордо выступили в бой [2]

Такая же половинчатая, синяя с большим желтым лаковым клювом,   птица  – знак того, что границы миров – не стерты, что у героев есть надежда вернуться домой. Граница между мирами  едва  уловима: два часа пути разделяют остров и реальность мальчишек-рыцарей.

Сине-желтый – это цвет форменной одежды мальчишек острова: «через дорогу шагал припрыжку мальчик с большой сумкой.

Веселый такой парнишка, немного веснушчатый… В синей курточке с широким белым воротником (как у матроски, но без полосок), в смешных желтых штанах до колен…», среди мальчишек в такой форме время от времени появляется «кошмарная книга про  трех головорезов, даже про четырех…» (мушкетеры А.

Дюма),  просыпается желание «играть как вздумается» и верить в легенду о юном рыцаре – победителе Ящера. Возможно, именно такие нарушители спокойствия в составе Синего десанта и взорвут в яростной атаке «равновесие порядка».

Пограничные тона сине-желтого продолжает видеоряд «сине-серого», связанного с Ящером, чудовищем, созданным защищать, но приспособленным хитрым Правителем для устрашения своего народа: «синевато-серый стальной остров» вместил в себя основные цвета острова – синий (цвет неба, беспризорных мальчишек, Ученого)  и серый (цвет неба в городе, цвет форменной одежды слуг ящера, прокурора, горожан, цвет военного мундира Правителя).

На острове много красок: белые тропинки, синее небо, темные и белые розы, желтые цветы-шарики вьюнков, зеленые склоны, высокие белые дома, арки «белые-белые и сияли среди зелени на синем небе», цветные колоннады, но серый и коричневый цвета – достояние города.

Серость накапливается в «грязном белом», в  комбинезонах  «из дымчатого плюша» слуг Ящера, в скрипучих ступенях «грязно-розовой» колесницы справедливости, в серых лентах, которыми провинившегося школьника привязывают перед наказанием к колеснице, в коричневых до пят балахонах пронумерованных воспитателей: «вот такая страна. Остров Ящера…».

 Ребенок острее чувствует и внешнюю, и внутреннюю несправедливость окружающего мира, он интуитивно противится взрослому, подчас жестокому или равнодушному, «равновесию порядка» острова.

Мир, в котором  нет радости, смеха, дружбы, любви, искренности, справедливости, необходимо менять, вступая «в бой с любой несправедливостью, подлостью и жестокостью, где бы их ни встретил»[3], противостоя тем, «кто велят»[4].

Противостоять неотвратимой силе колесницы (место для наказания провинившихся школьников) могут в повести только две вещи, абсолютно обычные в мире Женькиной реальности и наполненные живительной силой сказки в мире острова, —  ключ, висящий на веревочке, на звук которого, если в него дунуть, прилетает Птица,  и кинжал – выструганная дощечка, становящаяся  не просто мощным оружием, но даже, в некотором смысле,  артефактом, способным открыть ящичек с панелью управления спрутом.

Мотив оружия-оберега, сделанного руками друга, оружия, приобретающего в нужный момент  необыкновенные способности, — традиционен для волшебных сказок, в которых герой выступает на стороне добра. «Мы всегда играли честно»,-  говорит Женька, однако  в  стране, где он  «маленький и слабый», свои законы.

И ключ, и кинжал становятся волшебными вещами-помощниками главного героя, выручают его из беды. Женька бережет эти вещи, принесенные им «с той стороны»: «…взял из-под подушки свой ключ на шнурке (а то потеряется здесь)  и деревянный кинжал – на счастье»).

 «Фламинго взмыли со страниц  раскрытой книги и заполнили домик шелестом перьев и голосом Дороги. Мне было тогда лет девять, и я не поняла, что синие птицы что-то навсегда изменили в моей жизни.

Зато я точно знала: если сказочный фламинго унесет меня туда, где борются со злом отважные мальчишки, я стану с ними локоть к локтю и не отступлю – папа сделал мне деревянную шпагу»[5] (из отзыва читателя).

Читайте также:  Краткое содержание железников чудак из 6 б за 2 минуты пересказ сюжета

Мотив «оборотничества», «перевертыша» — один из заметных в сказке.

И речь идет не только о чудесном превращении  романтика  Ктора  Эхо, высокого, как прокурор или воспитатели, в низенького и рассудительного Тахомира Тихо, это и о превращении свободолюбивого мальчишки в Правителя-диктатора, и об Отшельнике, ищущего истину вне любви, сочувствия и милосердия.

Это и о горожанах, которые, на самом деле, — островитяне, одинокие, отрезанные от всего мира. В их лица вглядывается Женька  с верхней площадки грязно-розового эшафота, в лица тех, кого, поверив в  «закон сказки» собирался освободить от гнета чудовища: «За  стражниками стояли молчаливые горожане. У всех были неподвижные лица.

Будто из пластилина! Они ничего не выражали, эти лица. Была кругом тысяча людей – и словно не было никого».  В этот момент приходит понимание, что настоящее чудовище прячется не в синей воде озера, оно запустило свои щупальца  гораздо глубже: «как мог я… оказаться здесь, в этой жуткой стране, на этом нелепом помосте, среди чудовищных, равнодушных людей».

Мотив «оборотничества»  соприкасается  в сказке  с мотивом  «тропинки, уходящей в лес». Тропинка, с которой свернул Женька в начале сказки, для того чтобы достать из кустов сине-желтый мяч, превращается постепенно в полузаросшие лесные тропинки, ведущие только в одно место – на городскую площадь, к месту публичной казни.

Мотив страха в сказке  двупланов: страх наказания, страх физического уничтожения, спровоцированный существованием грозного Ящера, и страх стать свободным.

Горожане–островитяне, живущие в замкнутом, ограниченном пространстве, лишены юности, лишены бесстрашия, свойственного молодости.

Им понятен призыв —  «детей необходимо держат в страхе», многие из них не только не помнят, но и не знают ощущения, когда «ничто не могло удержать, если надо было отстаивать справедливость».

Ящер (спрут)  хранит  баланс «равновесие порядка» общественной, а во многом  даже личной жизни островитян, именно он, превратившийся из орудия спасения в оружие устрашения, является единственным гарантом существования многих безликих поколений.

Страх и власть – две сосуществующие «уравновешенные» причины, заставляющие подчиняться, смиряться, убеждать себя и друг друга – что именно так и надо, что так – лучше.

Если не поднимать глаза к небу, то оно, бесконечное, синее, ничем не потревожит  повседневный мир серых будней:

  • Бессильный и неумелый
  • Опустит слабые руки
  • Не зная, где сердце спрута
  • И есть ли у спрута сердце.[6]

Мотив противостояния, даже оппозиции детей и взрослых, частый мотив в творчестве  В.П. Крапивина, в сказке вырастает до темы открытой борьбы с окружающей действительностью. Синий десант, дети синего фламинго – это мальчишки, спровоцировавшие, по сути, гражданскую войну в своей стране.

«Все дети рождаются смелыми», а вокруг – либо  равнодушные, спокойные взрослые, либо «серые плюшевые слуги», стреляющие в детей.

Для Юльки Гаранина и Женьки Ушакова это «чужая»  война, но потери для них также тяжелы, как и для их новых друзей – беспризорных мальчишек-островитян: «Я тогда впервые —  подумал, что волосы у мертвых шевелятся так же, как у живых, будто не хотят согласиться со смертью и живут сами по себе…».

  1. Эти глубоко взаимосвязанные мотивы оказываются едва ли не важнейшими композиционными «скрепами» сказки и одновременно – выражением философского представления писателя о жизни, о месте в ней человека:
  2. Как бы крепко ни спали мы,
  3. Нам подниматься первыми.
  4. Лишь только рассвет забрезжит
  5. В серой туманной дали.
  6. Это неправда, что маленьких
  7. Смерть настигает реже,
  8. Ведь пулемёты режут
  9. Часто у самой земли.[7]

Герои В.П.  Крапивина совершают проступки и попадают в сложные нравственные ситуации.

При этом  автор оставляет героям возможность и право открыто говорить о своих страхах, сомнениях:  друзья признаются друг другу в ошибках,  и получают не только понимание, но прощение и помощь: «Если люди дружат, они становятся сильнее, они могут спорить и бороться». Мотивы  «сказочное» и «страх» отходят на второй план, уступая место нравственным проблемам выбора, раскаянья, преодоления, искупления, прощения.

Между тем повесть, в первую очередь, все-таки сказка – и сказка  волшебная, с чудовищем, с «кащеевой иглой», с приключениями, рассказывающая о дружбе, храбрости, нелегком грузе моральной ответственности и непростых решениях, и лишь во вторую очередь – антиутопия, социальная драма и философский трактат.

Источники информации и литература:

[1] Крапивин В. Чему улыбался Тахомир Тихо?. // krapivin_ru.livejournal.com

[2] Крапивинские мальчики  http://www.plam.ru/literat/topologii_mirov_krapivina/p7.php

[3] Устав отряда «Каравелла», http://www.rusf.ru/vk/carabela/index.htm

[4] «те, кто велят» — фантастические манекены-тираны из повести В.П. Крапивина «Голубятни на желтой поляне»

[5] Юлия Суслова, http://www.proza.ru/2011/06/14/1109

[6] А. Стругацкий, Б. Стругацкий «Трудно быть богом»

Источник: https://nsportal.ru/shkola/dopolnitelnoe-obrazovanie/library/2014/07/19/povest-skazka-vp-krapivina-deti-sinego-flamingo

Читать

Владислав Крапивин

Дети синего фламинго

Надо мной опять кружит тень.

Третий день подряд…

Да нет, не думайте, что это плохо! Это замечательно! Значит, Птица нашла меня. Значит, она выросла!

Но птенец не мог вырасти сам, его кто-то должен был выкормить. А никто, кроме нас двоих – меня и Малыша, не знал, где гнездо. Разве что Отшельник… Нет. Отшельник не стал бы заботиться о птенце. Ведь он старался “никому не делать ни зла, ни добра”.

Значит, Малыш жив!

Почему же он не вернулся с Птицей? Не знаю. Я пока ничего не знаю, но скоро узнаю все. Я уже решил. Только мне опять нужен кинжал. Такой же, как появился у меня в тот день, в августе…

Деревянный кинжал

В тот вечер мы играли в войну. Не в современную войну, где дым и грохот, а в рыцарей. У нас были деревянные мечи и щиты из фанеры. На щитах каждый рисовал какой-нибудь знак – свой рыцарский герб. У меня был олень. Такой же, как на моей майке. Просто я ничего не мог придумать и срисовал этого оленя с майки. И получилось здорово – будто у меня и правда свой герб: на щите и на одежде…

В нашей армии было пять человек, а у противников шесть. Поэтому договорились, что мы будем укрываться в засадах, а они нас искать: у тех, кто прячется, всегда есть преимущество.

По сигналу мы разбежались. Я сразу кинулся в “ущелье”. Это заросший лопухами проход между глухой стеной двухэтажного дома и высоким сараем. Я знал, что очень скоро противники побегут через “ущелье” в соседний сквер – искать нас в кустах желтой акации.

В проходе спрятаться было негде: лопухи мы порядком повытоптали. Но из-под крыши сарая торчала толстая жердь, я ее давно заприметил. Я закинул за спину щит, а меч сунул под резинку на шортах – так, что клинок вылез из штанины, и стал взбираться.

Бревна, из которых был сложен сарай, рассохлись от старости, в них чернели щели. Они помогали мне цепляться. Скользкие сандалии срывались, занозистый меч царапал ногу, но все же я добрался до жерди. Ухватился за нее и повис.

Мускулы у меня не очень-то сильные, подтягиваться я плохо умею. Но пальцы и кисти рук у меня крепкие – такой уж я уродился. Я долго-долго могу вертеть мечом во время боя, а если во что-нибудь вцеплюсь, могу висеть хоть целый день. Ну, не день, а, скажем, полчаса.

Значит, я повис и стал ждать рыцарей чужой армии.

Скоро они появились. Втроем. Пригибаясь, они шли гуськом и, конечно, вверх не взглянули. Когда предводитель оказался почти подо мной, я разжал пальцы.

Вот уж в самом деле – как снег на голову!

От моих сандалий до земли было метра три, но примятые лопухи смягчили толчок. Противники и опомниться не успели: трах, трах! – я нанес одному два удара. Трах, трах – другому!

Мы всегда играли честно, без лишних споров. Два удара получил – значит, убит. Оба рыцаря надулись, но отошли в сторону. Зато третий, еще не задетый моим мечом, поднял щит и бросился в атаку.

Его звали Толик. Он был из другого квартала и редко играл с нами. Лишь когда мы увлеклись рыцарскими боями, он стал приходить каждый день. Мне раньше казалось, что он слабенький, но сейчас я понял, какой это боец. Он был поменьше меня, но быстрый и такой смелый. К тому же он, видимо, рассердился и решил отомстить за двух своих соратников.

Ух, как по-боевому блестели его темные глаза над верхним краем щита! А на щите чернели скрещенные стрелы и пламенело оранжевое солнце.

Он крепко насел на меня, и я отступил к выходу из “ущелья”. Но тут со двора кинулся мне на помощь Степка Шувалов.

Он не очень ловкий фехтовальщик, но зато большой и тяжелый, как настоящий рыцарь в доспехах. Вдвоем мы сразу оттеснили Толика в другой конец прохода, к овражку, что тянется вдоль огородов.

Толик отступил на самый край и отбивался изо всех сил. Но что он мог сделать против нас двоих?

– Сдавайся, – сказал Степка.

Наш противник лишь глазами сверкнул из-за щита. И еще сильнее замахал мечом…

Наш овражек неглубокий, но к августу он доверху зарастает темной, злющей, как тысяча гадюк, крапивой, и падать в него – все равно что в кипяток. А Толик стоял уже на кромке. Он, видимо, сильно устал: даже дышал со всхлипом. И я… в общем, я сделал шаг в сторону и опустил меч.

Толик замер на миг. Потом прыгнул между мной и Степкой и отбежал на несколько шагов.

  • Степка обалдело уставился на меня:
  • – Ты чего?
  • – Ничего… Он же сорваться мог.

– Ну и что? Сдавался бы.

– Он не сдастся, – сказал я.

– Ну и летел бы тогда!

– Летел бы? Сам попробуй! Думаешь, приятно?

– Ну так чего ж… – немного растерянно проговорил Степка. – Это же война…

– Война должна быть честная.

Степка тяжело засопел. Он был не злой, только медленно соображал. И когда что-нибудь не понимал, начинал так вот сопеть. Наконец он пробубнил:

– Подумаешь… Он же в длинных штанах и в куртке. Ну и свалился бы…

– Вот балда! А руки? А лицо?

Я словно совсем близко увидел Толькино загорелое лицо с белыми волдырями от злых укусов. Меня даже передернуло. Я не выношу, если у кого-нибудь боль. Особенно вот такая… обидная. И главное, за что? За то, что он так смело сражался?

Я оглянулся на Толика. Он не убежал. Стоял с мечом наготове. Он не хотел уходить от боя!

Вдруг он опустил меч. И лицо у него изменилось: он что-то увидел в стороне от нас.

Я посмотрел в ту же сторону. По деревянному тротуарчику вдоль овражка медленно шли мужчина и женщина. Я их узнал.

И ясный вечер сразу сделался печальным и тревожным.

Это были родители мальчика, который утонул в начале нынешнего лета. Его звали Юлька. Юлька Гаранин. Ему тогда, как и мне, было одиннадцать лет. Я его не знал: он переехал откуда-то на нашу улицу в мае, а в начале июня отправился купаться на озеро и не вернулся.

На берегу нашли его велосипед и одежду. А самого не нашли. И наверно, уже не найдут: в нашем озере есть глухие бездонные омуты. Там вообще лучше не купаться в одиночку…

Говорят, отец и мать его после этого сразу сильно постарели. Не знаю, я их до Юлькиной гибели не встречал. Но когда увидел первый раз, они в самом деле показались очень пожилыми. И какими-то… сгорбленными, что ли…

Они всегда ходили вдвоем. Бывало, что идут мимо нас, потом остановятся в сторонке и молча смотрят, как мы играем. У нас пропадало сразу всякое веселье. Мы себя чувствовали так, будто виноваты перед ними. Потом они будто спохватывались и торопливо уходили. Но прежнее настроение возвращалось к нам не сразу.

Вот и сейчас мне расхотелось играть. Толику, видимо, тоже. И даже Степке.

Я подошел к Толику и сказал:

– Ничья. Ладно?

Он кивнул. Он думал о чем-то своем.

Я тоже.

Я стал думать про маму и папу. Они сегодня днем уехали на целую неделю в Москву, к папиной сестре тете Вере. Ничего особенного, они и раньше уезжали, а я оставался с бабушкой. Но сейчас мне стало грустно и как-то неуютно. Я подумал, что уже поздно, надо ехать к бабушке, а то не доберусь к ней до темноты…

В это время вдалеке загремело пустое ведро – сигнал сбора обеих рыцарских армий.

– Степан! – окликнул я. – Скажи нашим, что я сегодня больше не играю. Мне пора.

Надо было бы забежать домой: оставить оружие и прихватить курточку. Но мне ужасно не хотелось заходить в пустую молчаливую квартиру. Я взял меч и щит под мышку и зашагал к автобусной остановке.

Я прошел уже два квартала, как вдруг услышал:

– Женя!

Меня догонял Толик. Он как-то неуверенно догонял. Словно боялся, что я не захочу подождать его. Я остановился. Даже ему навстречу шагнул. Он подошел, посмотрел на свои пропыленные кеды и сказал:

– А я вижу, ты в ту же сторону идешь… Нам по пути. Ты разве не домой?

Я был рад, что он догнал меня. И поскорее объяснил, что еду к бабушке в Рябиновку. Это такой поселок на берегу озера, в семи километрах от города.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=33527&p=1

Краткое содержание Крапивина. Дети синего Фламинго. 8-12 предложений

5-9 класс

Читайте также:  Краткое содержание бесприданница островского за 2 минуты пересказ сюжета

После игры с друзъями главный герой возвращается к бабушке, т.к. родители в командировке. По дороге к нему подходит человек, рассказывает об острове, которые невидим и не нанесен ни на одну карту мира, на котором правит страшный Ящер и предлагает поехать с ним на остров, сразиться с Ящером и освободить население острова.

Мальчик Женя соглашается и плывет с незнакомцем по имени Ктор Эхо на остров. Ящер оказывается огромнейшим роботом, выполненном в иде спрута. Женя убегает, однако его ловят, судят и должны казнить, но тут его спасает синяя птица, которой он помог спасти птенца во время своего бегства от Ящера.

Птица уносит его в старую крепость, где прячутся несколько детей (оказывается, на острове нет юношей и девушек, дети сразу превращаются во взрослых, и только в крепости есть один юноша Дуг.

Убежище детей обнаруживают солдаты — слуги Ящера и хотят захватить их, однако дети успевают улететь из крепости с помощью той же синей птицы, только Дуга убивают, потом гибнет и Синяя птица. Там же, в крепости, Женька узнает среди детей мальчика Юльку из своего мира, о котором все думали, что он утонул. Они подружились.

 После бегства из крепости им удалось найти пульт управления Ящером и убить его. После этого они решают убить правителя острова Тахомира Тихо. Оказывается, что Тахомир и Ктор Эхо — один и тот же человек, он предлагает им улететь на воздушном шаре.Юлька в последний момент передумал и хитростью заставил Женьку улететь.

Спустя какое-то время в нашем мире Женьку нашла другая Синяя птица — птенец прошлой и с ее помощью Женька и его новый друг Толик возвращаются на остров, сражаются со слугами Ящера и правителем острова и все вместе возвращаются домой, где Юлька находит своих родителей, преждевременно постаревших от горя.

Ответить

Punkkar / 01 апр. 2015 г., 5:30:59

Краткое содержание.

Помогите, пожалуйста, нужно краткое содержание «Уроки французского». Распутин.

Вы находитесь на странице вопроса «Краткое содержание Крапивина. Дети синего Фламинго. 8-12 предложений.«, категории «литература«. Данный вопрос относится к разделу «5-9» классов.

Здесь вы сможете получить ответ, а также обсудить вопрос с посетителями сайта. Автоматический умный поиск поможет найти похожие вопросы в категории «литература«.

Если ваш вопрос отличается или ответы не подходят, вы можете задать новый вопрос, воспользовавшись кнопкой в верхней части сайта.

Источник: https://literatura.neznaka.ru/answer/200313_kratkoe-soderzanie-krapivina-deti-sinego-flamingo-8-12-predlozenij/

Владислав Крапивин — Дети синего фламинго

Здесь можно купить и скачать «Владислав Крапивин — Дети синего фламинго» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Детские приключения, издательство Центрполиграф, год 2002. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.

Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook
В Твиттере
В Instagram
В Одноклассниках
Мы Вконтакте

Краткое содержание Крапивина Дети синего фламинго за 2 минуты пересказ сюжета

Описание и краткое содержание «Дети синего фламинго» читать бесплатно онлайн.

Пятиклассник Женька Ушаков – герой повести из цикла «Сказки о парусах и крыльях» – попадает на таинственный остров Двид, и необходимость помочь своим новым друзьям-островитянам вовлекает его в невероятные приключения.

Владислав Крапивин

Дети синего фламинго

Надо мной опять кружит тень.

Третий день подряд…

Да нет, не думайте, что это плохо! Это замечательно! Значит, Птица нашла меня. Значит, она выросла!

Но птенец не мог вырасти сам, его кто-то должен был выкормить. А никто, кроме нас двоих – меня и Малыша, не знал, где гнездо. Разве что Отшельник… Нет. Отшельник не стал бы заботиться о птенце. Ведь он старался “никому не делать ни зла, ни добра”.

Значит, Малыш жив!

Почему же он не вернулся с Птицей? Не знаю. Я пока ничего не знаю, но скоро узнаю все. Я уже решил. Только мне опять нужен кинжал. Такой же, как появился у меня в тот день, в августе…

В тот вечер мы играли в войну. Не в современную войну, где дым и грохот, а в рыцарей. У нас были деревянные мечи и щиты из фанеры. На щитах каждый рисовал какой-нибудь знак – свой рыцарский герб. У меня был олень. Такой же, как на моей майке. Просто я ничего не мог придумать и срисовал этого оленя с майки. И получилось здорово – будто у меня и правда свой герб: на щите и на одежде…

В нашей армии было пять человек, а у противников шесть. Поэтому договорились, что мы будем укрываться в засадах, а они нас искать: у тех, кто прячется, всегда есть преимущество.

По сигналу мы разбежались. Я сразу кинулся в “ущелье”. Это заросший лопухами проход между глухой стеной двухэтажного дома и высоким сараем. Я знал, что очень скоро противники побегут через “ущелье” в соседний сквер – искать нас в кустах желтой акации.

В проходе спрятаться было негде: лопухи мы порядком повытоптали. Но из-под крыши сарая торчала толстая жердь, я ее давно заприметил. Я закинул за спину щит, а меч сунул под резинку на шортах – так, что клинок вылез из штанины, и стал взбираться.

Бревна, из которых был сложен сарай, рассохлись от старости, в них чернели щели. Они помогали мне цепляться. Скользкие сандалии срывались, занозистый меч царапал ногу, но все же я добрался до жерди. Ухватился за нее и повис.

Мускулы у меня не очень-то сильные, подтягиваться я плохо умею. Но пальцы и кисти рук у меня крепкие – такой уж я уродился. Я долго-долго могу вертеть мечом во время боя, а если во что-нибудь вцеплюсь, могу висеть хоть целый день. Ну, не день, а, скажем, полчаса.

Значит, я повис и стал ждать рыцарей чужой армии.

Скоро они появились. Втроем. Пригибаясь, они шли гуськом и, конечно, вверх не взглянули. Когда предводитель оказался почти подо мной, я разжал пальцы.

Вот уж в самом деле – как снег на голову!

От моих сандалий до земли было метра три, но примятые лопухи смягчили толчок. Противники и опомниться не успели: трах, трах! – я нанес одному два удара. Трах, трах – другому!

Мы всегда играли честно, без лишних споров. Два удара получил – значит, убит. Оба рыцаря надулись, но отошли в сторону. Зато третий, еще не задетый моим мечом, поднял щит и бросился в атаку.

Его звали Толик. Он был из другого квартала и редко играл с нами. Лишь когда мы увлеклись рыцарскими боями, он стал приходить каждый день. Мне раньше казалось, что он слабенький, но сейчас я понял, какой это боец. Он был поменьше меня, но быстрый и такой смелый. К тому же он, видимо, рассердился и решил отомстить за двух своих соратников.

Ух, как по-боевому блестели его темные глаза над верхним краем щита! А на щите чернели скрещенные стрелы и пламенело оранжевое солнце.

Он крепко насел на меня, и я отступил к выходу из “ущелья”. Но тут со двора кинулся мне на помощь Степка Шувалов.

Он не очень ловкий фехтовальщик, но зато большой и тяжелый, как настоящий рыцарь в доспехах. Вдвоем мы сразу оттеснили Толика в другой конец прохода, к овражку, что тянется вдоль огородов.

Толик отступил на самый край и отбивался изо всех сил. Но что он мог сделать против нас двоих?

– Сдавайся, – сказал Степка.

Наш противник лишь глазами сверкнул из-за щита. И еще сильнее замахал мечом…

Наш овражек неглубокий, но к августу он доверху зарастает темной, злющей, как тысяча гадюк, крапивой, и падать в него – все равно что в кипяток. А Толик стоял уже на кромке. Он, видимо, сильно устал: даже дышал со всхлипом. И я… в общем, я сделал шаг в сторону и опустил меч.

Толик замер на миг. Потом прыгнул между мной и Степкой и отбежал на несколько шагов.

  • Степка обалдело уставился на меня:
  • – Ты чего?
  • – Ничего… Он же сорваться мог.

– Ну и что? Сдавался бы.

– Он не сдастся, – сказал я.

– Ну и летел бы тогда!

– Летел бы? Сам попробуй! Думаешь, приятно?

– Ну так чего ж… – немного растерянно проговорил Степка. – Это же война…

– Война должна быть честная.

Степка тяжело засопел. Он был не злой, только медленно соображал. И когда что-нибудь не понимал, начинал так вот сопеть. Наконец он пробубнил:

– Подумаешь… Он же в длинных штанах и в куртке. Ну и свалился бы…

– Вот балда! А руки? А лицо?

Я словно совсем близко увидел Толькино загорелое лицо с белыми волдырями от злых укусов. Меня даже передернуло. Я не выношу, если у кого-нибудь боль. Особенно вот такая… обидная. И главное, за что? За то, что он так смело сражался?

Я оглянулся на Толика. Он не убежал. Стоял с мечом наготове. Он не хотел уходить от боя!

Вдруг он опустил меч. И лицо у него изменилось: он что-то увидел в стороне от нас.

Я посмотрел в ту же сторону. По деревянному тротуарчику вдоль овражка медленно шли мужчина и женщина. Я их узнал.

И ясный вечер сразу сделался печальным и тревожным.

Это были родители мальчика, который утонул в начале нынешнего лета. Его звали Юлька. Юлька Гаранин. Ему тогда, как и мне, было одиннадцать лет. Я его не знал: он переехал откуда-то на нашу улицу в мае, а в начале июня отправился купаться на озеро и не вернулся.

На берегу нашли его велосипед и одежду. А самого не нашли. И наверно, уже не найдут: в нашем озере есть глухие бездонные омуты. Там вообще лучше не купаться в одиночку…

Говорят, отец и мать его после этого сразу сильно постарели. Не знаю, я их до Юлькиной гибели не встречал. Но когда увидел первый раз, они в самом деле показались очень пожилыми. И какими-то… сгорбленными, что ли…

Они всегда ходили вдвоем. Бывало, что идут мимо нас, потом остановятся в сторонке и молча смотрят, как мы играем. У нас пропадало сразу всякое веселье. Мы себя чувствовали так, будто виноваты перед ними. Потом они будто спохватывались и торопливо уходили. Но прежнее настроение возвращалось к нам не сразу.

Вот и сейчас мне расхотелось играть. Толику, видимо, тоже. И даже Степке.

Я подошел к Толику и сказал:

– Ничья. Ладно?

Он кивнул. Он думал о чем-то своем.

Я тоже.

Я стал думать про маму и папу. Они сегодня днем уехали на целую неделю в Москву, к папиной сестре тете Вере. Ничего особенного, они и раньше уезжали, а я оставался с бабушкой. Но сейчас мне стало грустно и как-то неуютно. Я подумал, что уже поздно, надо ехать к бабушке, а то не доберусь к ней до темноты…

В это время вдалеке загремело пустое ведро – сигнал сбора обеих рыцарских армий.

– Степан! – окликнул я. – Скажи нашим, что я сегодня больше не играю. Мне пора.

Надо было бы забежать домой: оставить оружие и прихватить курточку. Но мне ужасно не хотелось заходить в пустую молчаливую квартиру. Я взял меч и щит под мышку и зашагал к автобусной остановке.

Я прошел уже два квартала, как вдруг услышал:

– Женя!

Меня догонял Толик. Он как-то неуверенно догонял. Словно боялся, что я не захочу подождать его. Я остановился. Даже ему навстречу шагнул. Он подошел, посмотрел на свои пропыленные кеды и сказал:

– А я вижу, ты в ту же сторону идешь… Нам по пути. Ты разве не домой?

Я был рад, что он догнал меня. И поскорее объяснил, что еду к бабушке в Рябиновку. Это такой поселок на берегу озера, в семи километрах от города.

Мы пошли рядом.

– А надолго ты к бабушке? – спросил Толик.

– На неделю, пока мама с папой не вернутся…

– У-у… – огорченно сказал он. – Значит, завтра ты с нами играть не будешь.

– Ну почему? Я могу приехать, это же недалеко. Я могу каждый день приезжать, если… – “если ты хочешь”, чуть не сказал я, но постеснялся. Однако он, кажется, понял, проговорил тихо:

– Ага… приезжай.

– Обязательно! – пообещал я.

Он быстро взглянул на меня – у него были коричневые с золотыми точками глаза – и нерешительно сказал:

– А давай завтра, чтоб не против друг друга, а в одной армии…

– Конечно, давай! – еще больше обрадовался я. И почувствовал, что, хотя мама с папой уехали, вечер сегодня все равно хороший.

  1. Мы стали разговаривать про завтрашнюю игру и незаметно дошли до автобусной остановки. Тут я спохватился:
  2. – Ой, ты же давно мимо дома прошел!
  3. Он засмеялся:

– Ну и что? Я не тороплюсь.

Я посмотрел на расписание. Автобус должен был прийти через двадцать минут.

– Ничего, подождем, – сказал Толик.

Недалеко от остановки, на краю пыльной лужайки, стоял стеклянный киоск (низкое солнце блестело на нем оранжевыми огоньками). Киоск еще торговал. Я подбежал, чтобы купить два стакана газировки, но краснощекая тетка в окошке буркнула, что лимонад продается только бутылками – по двадцать две копейки – и пустая посуда обратно не принимается.

Конец ознакомительного отрывка

ПОНРАВИЛАСЬ КНИГА?

Краткое содержание Крапивина Дети синего фламинго за 2 минуты пересказ сюжета
Эта книга стоит меньше чем чашка кофе! УЗНАТЬ ЦЕНУ

Источник: https://www.libfox.ru/110594-vladislav-krapivin-deti-sinego-flamingo.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector