Краткое содержание кентерберийские рассказы чосер за 2 минуты пересказ сюжета

«Кентерберийские рассказы» – знаменитейшее из произведений Джеффри Чосера. План его очевидно заимствован у «Декамерона» Боккаччо.

Несколько лиц разных сословий едут или идут на богомолье в аббатство Кентербери; они встречаются в одной из гостиниц лондонского предместья Соуерка, условливаются продолжать путешествие вместе и по предложению хозяина гостиницы решаются сокращать время рассказами; это лишь легкая переделка плана «Декамерона». Но живая характеристика лиц, собравшихся в соуеркской гостинице, и английского общества, вполне принадлежит Джеффри Чосеру; это предисловие к «Кентерберийским рассказам», написанное с веселым юмором, показывает в Чосере большое искусство изображать общественную жизнь. То же мы видим в рассказах, следующих за прологом; они очень разнообразны, остроумны, высказывают глубокое изучение жизни.

Краткое содержание Кентерберийские рассказы Чосер за 2 минуты пересказ сюжета

Джеффри Чосер, автор «Кентерберийских рассказов». Портрет XVII столетия

Общество, собравшееся в гостинице, составляют по описанию Чосера: храбрый и очень честный рыцарь, ездивший в Пруссию и в Испанию сражаться с неверными; сын его, изящный молодой человек, любитель турниров, на которых щеголяет перед дамою своего сердца прекрасным вооружением, мастер петь и играть на флейте, рисовать; аббатиса, красивая женщина, очень изящная, имеющая чувствительное сердце, нежно ласкающая своих собачек, умеющая говорить по-французски, впрочем, не с парижским, а с английским произношением; в четках у неё есть большой дорогой камень, на котором вырезана надпись «Amor vincit omnia» (любовь побеждает все); ее провожают монахиня и священник. Среди персонажей «Кентерберийских рассказов» Чосера есть и еще представитель духовного сословия, монах, у которого такой величавый вид, что можно принять его за аббата. Он – страстный охотник; у него в конюшне есть несколько прекрасных лошадей; когда он едет верхом, колокольчики на сбруе его лошади звенят так, как в его капелле при богослужении; он не особенно интересуется монашеским уставом или науками, но хороший знаток кушаний. Кроме него Чосер выводит ещё и монаха, умеющего говорить так сладко, что женщины любят исповедоваться у него; он слушает их исповедь очень любезно, не налагает строгого покаяния на них за грехи; потому монастырь получает через него много пожертвований; он превосходно умеет выпрашивать подаяние на монастырь. Например, он выпросил подаяние у вдовы, имевшей только один башмак; терять время на беседы с бедняками он не любит, но дружен с соседними землевладельцами и богатыми дамами; он знает все трактиры в городе. К числу других персонажей «Кентерберийских рассказов» принадлежат богатый купец в бобровой шапке, гордый своим богатством, умеющий хорошо говорить о денежных делах; бедный оксфордский студент, плохо одетый, и такой же тощий как его лошадь; он тратит все свои деньги на книги, думает только о науке; судья, проникнутый важностью своего сана, знающий все законы, умеющий толковать их, получающий много денег через свою юридическую премудрость; богатый землевладелец с седой бородой и красным лицом, показывающим, что он принадлежит к школе Эпикура и любит кубок; кухня и погреб у него превосходны, за столом его есть место всякому гостю; соседи очень уважают его, и часто он бывал шерифом. Другие действующие лица «Кентерберийских рассказов»: пять зажиточных ремесленников, надеющихся стать олдерменами (старшинами); Чосер говорит, что это будет приятно и их женам, которые будут тогда носить платье со шлейфами и которых все будут называть madame; повар, мастер своего дела; моряк, не раз провозивший мимо сонных таможенных сторожей бочонки бордоского вина; врач, знающий много микстур, но умеющий лечить и магическими средствами, считающий золото укрепляющим лекарством; дама из города Бата, знающая много историй о мужьях и женах, венчавшаяся в церкви пять раз, имевшая кроме того приятелей, с которыми не венчалась, три раза ездившая на богомолье в Иерусалим и по собственному опыту знающая все способы возбуждать любовь. Последний муж её читал книгу, в которой говорилось много дурного о женщинах; она вырвала из книги эти листы; он за это прибил ее так, что она оглохла на одно ухо; в своих рассказах она откровенно говорит о своих любовных приключениях.

Владимир Ганин. Джеффри Чосер «Кентерберийские рассказы»

Среди рассказчиков Чосера есть и хороший священник, все богатство которого составляют добрые дела, не притесняющий поселян требованиями десятины, напротив помогающий беднякам; он не ищет себе выгодной должности в Лондоне, остается в своем селении.

Он истинный служитель Христа, смиренный, безукоризненный в жизни, снисходительный к слабым, строгий порицатель дурных людей; он показывает путь ко Христу и сам первый идет этим путем.

Этот изображённый в «Кентерберийских рассказах» хороший священник  – очевидно, ученик английского церковного реформатора Уиклифа, к числу последователей которого принадлежал и Чосер. Вместе с ним едет на богомолье его брат, трудолюбивый поселянин, истинно благочестивый человек.

Противоположность этим положительным персонажам «Кентерберийских рассказов» составляют у Чосера: мельник, крепкий мужчина с рыжей бородой, охотник драться, пьянствовать и сквернословить, идущий впереди всех, играя на волынке; плут управитель, разбогатевший отдачей денег под проценты; служитель церковного суда, гадкий человек с лицом, покрытым болячками, занимающийся сводничеством. От него пахнет чесноком; напившись, он говорит не иначе, как по-латыни, повторяя клочки судебных формул; впрочем, он очень снисходителен к тем, кто дает ему взятку, и объясняет им, чем можно освободиться от церковных наказаний: надобно только дать взятку епископу. С ним идет в Кентербери приятель, продавец индульгенций, в дорожной сумке которого кроме индульгенций, только что привезенных им из Рима, находятся удивительные духовные сокровища: покрывало Пресвятой Девы, кусок паруса, бывшего на ладье апостола Петра, и целая куча свиных костей; ему нередко случалось продажей индульгенций и этих сокровищ получать от бедняков в один день больше, чем они заработают в целых два месяца.

Краткое содержание Кентерберийские рассказы Чосер за 2 минуты пересказ сюжета

Джеффри Чосер. Портрет XVI столетия

То общество, которое идет в Кентербери и условилось на пути туда и оттуда развлекать себя «Кентерберийскими рассказами», состоит из двадцати пяти лиц. Чей рассказ будет лучше всех, в честь тому другие дадут ужин по возвращении в гостиницу, из которой пойдут теперь все вместе.

Судьей достоинства рассказов они выбрали хозяина гостиницы, по предложению которого они и решили развлекать себя в дороге рассказами. Джеффри Чосер успел написать только часть задуманного им сборника; его поэтический труд прерывается еще на пути из Лондона в Кентербери.

Число «Кентерберийских рассказов», которые он успел написать, простирается до 24.

По примеру романтических поэтов, Джеффри Чосер берет предметы своих рассказов из разных времен, и людям всех времен, всех народностей дает понятия рыцарского общества. Такой характер имеет, например, первый рассказ. Это история Паламона и Аркита, взятая из «Тесеиды» Боккаччо. Ее рассказывает рыцарь.

В ней действуют греческие герои цикла легенд о Тесее и о походе семи царей на Фивы; но по своим понятиям, они средневековые рыцари, и в храме Венеры находятся рядом с изображениями греческих божеств аллегорические фигуры, придуманные авторами эротических поэм XIV века.

За рассказом рыцаря, благородным и приличным, следуют рассказы мельника и управителя, шутливость которых доходит до грубого неприличия; Джеффри Чосер и в этом отношении похож на Боккаччо; в особенности груб цинизм рассказов монаха и служителя церковного суда.

Как во французских Fabliaux, обыкновенным предметом насмешек служат мужья, обманываемые женами.

Таков, например, заимствованный Чосером из «Декамерона» рассказ купца о старом рыцаре, женившемся на молодой девушке; старик через несколько времени ослеп и сам помогает жене влезть на грушевое дерево, на котором сидит её любовник. Таков же рассказ моряка о купце, которого обманывают жена и приятель его, молодой монах.

Краткое содержание Кентерберийские рассказы Чосер за 2 минуты пересказ сюжета

«Эллесмерская рукопись» «Кентерберийских рассказов» Чосера. Начало XV века

«Кентерберийские рассказы» связаны между собою более или менее длинными переходами. Дама из города Бата, рассказывающая любовную историю из цикла легенд о короле Артуре, делает длинное предисловие, в котором очень бесцеремонно рассуждает о браке вообще и о своих любовных приключениях.

Из других «Кентерберийских рассказов» замечательны: рассказ сына рыцаря о Камбускане, хане сарайском (то есть кипчапском), перепутывающий восточную легенду с рыцарскими историями и кончающийся заимствованным Чосером из мифов о животных сказанием о гибели соколицы; рассказ землевладельца о прекрасной и верной Доригене, заимствованный из старых бретанских легенд; рассказ врача о прекрасной и добродетельной Виргинии, которую убивает отец для спасения её чести от насилия; рассказ оксфордского студента о Гризельде, заимствованный Чосером не прямо у Боккаччо, а у Петрарки; рассказ монаха о падении с высоты счастья в погибель. Монах начинает с Люцифера и Адама, кончает Пьером Лузиньяном, Барнабо Висконти и Уголино делла Герардеска. Священник, сопровождающий аббатиссу, рассказывает истории о петухе и лисице, заимствованные из французской редакции «Рейнеке Лиса» или из новелл Марии Французской; управитель – историю о вороне, открывшей измену жены мужу. Затем тут одним из рассказчиков является сам Джеффри Чосер. Хозяин гостиницы делает ему упрек, что он глядит в пол и молчит. Чосер отвечает, что готов рассказать единственную историю, которую знает, и рассказывает историю рыцаря Топаза; это пародия на фантастическую рыцарскую поэзию того времени, состоявшую в повторениях прежних поэм. Некоторое время персонажи «Кентерберийских рассказов» слушают историю, в которой действуют волшебницы, великаны, чудовища, но хозяин прерывает её повествование просьбой пощадить его уши и вместо этой нелепости рассказать что-нибудь прозой. Чосер начинает «очень нравственную и добродетельную историю о Мелибее и благочестивой Пруденции»; это также пародия, осмеивающая педантическую манеру приводить ученые цитаты в доказательство простых нравственных истин.

Большая часть «Кентерберийских рассказов» имеет только цель доставить развлечение, но в некоторых есть дидактическая тенденция.

Таков, например, рассказ продавца индульгенций о трех негодяях, нашедших в лесу сокровище и погибающих от желания каждого овладеть им без раздела с другими; эта история служит подтверждением темы, на которую постоянно говорит проповеди продавец индульгенций: «жадность корень всех зол».

«Кентерберийские рассказы» кончаются речью сельского священника; это целый трактат о добродетелях и пороках, о благодатной силе таинств, очищающих душу от грехов. «Аминь», которым священник кончает свою речь, образует конец рассказов.

К сборнику «Кентерберийских рассказов» прибавлен эпилог, в котором автор, по примеру Боккаччо, отрекается от всего греховного, находящегося в его произведении, но Тиргвейт доказал, что этот эпилог написан не Чосером.

Источник: http://rushist.com/index.php/literary-articles/2390-choser-kenterberijskie-rasskazy-kratkoe-soderzhanie

Джеффри Чосер. Критика. Жанр «Кентерберийских рассказов» Дж. Чосера

Краткое содержание Кентерберийские рассказы Чосер за 2 минуты пересказ сюжета

Владимир Соболев

Для Д. Чосера изображение человеческого характера в «Кентерберийских рассказах» как художественной истории человеческой жизни в ее настоящем и прошлом — один из основных принципов жанрообразования. В свою очередь многообразие характеров вырастает из многообразия жанров, включенных в произведение.

Эту специфическую взаимосвязь как одну из характерных черт чосеровского метода художественного осмысления действительности можно проследить, например, в том аспекте, как жанр обусловливает своеобразие авторского «я» в произведении.

Именно жанр определяет то, что очень важно выявить при анализе художественного целого — личность, позицию писателя, выраженную в «Кентерберийских рассказах».

Не случайно в него вошли все жанры, известные литературе Средневековья, «по типу сборников сказок, новелл и вообще повествований различных видов, встречавшихся на Востоке и Западе до этого периода». Но нарушение принятой иерархии жанров сразу же настораживает и расценивается некоторыми исследователями как «отход от нормы, предполагающей систему».

За образцом рыцарского романа следует фаблио, затем дидактическая легенда, и вновь фаблио. Христианская легенда перемежается с пародией на рыцарский роман и нравоучительной аллегорией, историческая хроника — с народной сказкой, восточной легендой, житиями и т. д.

Все они скреплены авторским непримиримым отношением к традиционным законам художественного творчества, нивелирующим и авторскую индивидуальность и отличительные черты самих произведений.

Художественная мысль автора воспринимается за счет жанра — цикла, выступающего как бы посредником между творчеством автора и читателем, задача которого не только увидеть процесс творчества, но и понять художественную концепцию автора, где главное — образ, характер человека, свободного от шаблона в любом проявлении самого себя.

Здесь авторское «я» возникает на основе освоения образов, ситуаций, тем всей предшествующей литературы и проявляется в иронии над ее героями, пародировании мотивов и сюжетов ее произведений. Соотношение собственной позиции с литературной традицией рождает не условный образ «лица», которое ведет повествование, а характер живого человека со сложным внутренним миром и неповторимым образом жизни.

Читайте также:  Краткое содержание андерсен гадкий утенок за 2 минуты пересказ сюжета

Другим способом образования жанра, его обогащения и развития служит процесс взаимопроникновения жанров. На скрещении многих жанров, на переплетении индивидуального и традиционного у Чосера возникает новый жанр.

Происходит как бы внутренняя полемика одного жанра с другим, пародирование, взрывание жанра изнутри, что влияет в свою очередь на дальнейшее преобразование жанров. Собственно, «Кентерберийские рассказы» построены так, что каждый рассказ — это пародия либо на предыдущий, либо на источник.

На примере рассказа Сквайра можно подробно рассмотреть, какие свойства нового жанра возникают из взаимодействия двух жанров разного литературного направления, а также как они влияют на углубление смысла произведения и характер рассказчика.

Своеобразие рассказа состоит в чередовании обыкновенного и необыкновенного, реального и фантастического в жизни, характерах, мыслях героев.

Это достигается взаимопроникновением свойств жанров городской новеллы, фольклорной сказки и рыцарского романа. По рассказу можно судить о том, что Сквайр — не тот, за кого себя выдает или, вернее, пытается выдать.

Сын рыцаря, внешне он верен идеалам отца: из уст его мы слышим книжную историю о «добрых» старых рыцарских временах, когда жили благородные сеньоры, неземные красавицы и фантастические, олицетворяющие добро или зло, существа.

Но вчитываясь в смысл истории Сквайра, мы ловим себя на мысли, что находимся под очарованием намеренно скрытой иронии. Фантастическая форма рассказа — только оболочка, таящая реалистическое содержание.

Под пером Чосера фантастический план приобретает очертание миража, который от прикосновения к нему наметанного глаза быстро рассеивается. Фантастика здесь — неудачный штамп. Мы имеем дело с пародированием фантастического в рыцарском романе: переводом фантастического в область реального, обытовляющего это фантастическое.

Волшебные предметы, подаренные рыцарем принцессе Канаке, только на первый взгляд кажутся необыкновенными. Как затем выясняется, источник их чудодейственной силы заключается в естественных свойствах вещей. Постепенно у читателя начинают возникать ассоциации, что все эти аксессуары отнюдь не новинка.

О достоинствах прекрасного зеркала поведали в свое время ученые мужи Агальсен, Виллион, Стагирит; целебный меч когда-то служил оружием Телемаку и Ахиллу и т. д. Все больше убеждаешься, что история Сквайра грешит художественным эклектизмом мотивов, деталей, образов, сюжетных линий.

В рыцаре первой части рассказа можно без труда узнать Черного рыцаря из анонимного романа о Говейне; бесед принцессы и орлицы имеет фольклорный источник.

Таким образом, рассказ Сквайра представляет собой типичный образец фрагмента рыцарского романа в последние годы его существования, характеризовавшиеся упадком художественной структуры и философской концепции произведений этого жанра литературы.

Кроме того, все, что происходит с героями, ужасно несерьезно. Царь и его челядь настолько озабочены собственными персонами, что и не помышляют ни о каких приключениях; рыцарь прибыл на пир не из-за Канаки (как то должно было произойти в куртуазном романе), а по деловым соображениям; знаки внимания, оказываемые им государю, не таят в себе ничего двусмысленного по отношению к его дочери.

Прозаизм поступков героев — вот источник скрытой иронии рассказчика.

Видение как формообразующий элемент рыцарского романа также полностью исключается автором: здесь сон героев служит не причиной для того, чтобы увидеть «нечто», удалиться от настоящего в «прелести» грез, а следствием физического состояния человека. Камбускан и Канака засыпают.., чтобы «лучше переварилась пища» и «… чтобы глаза не опухали от бессонной ночи».

Раненая птица молит красавицу о пощаде, но та, забыв, что свобода для всякой «живой твари» дороже всего на свете, «спасает» орлицу от нее: запирает пленницу в роскошной золотой клетке.

Жизнь воспринимается героями такой, какая она есть — с практической точки зрения, а не такой, какой она должна быть.

В воспроизведение устаревших истин «золотого века» рыцарства заложен новый взгляд современного Чосеру молодого поколения, в образе Сквайра, на традиционную авантюрную героику жанра, взгляд остроумный, заражающий свойственным только жизнерадостным натурам максимализмом.

Так вырисовывается характер Сквайра, получивший завершающие и, казалось бы, неожиданные штрихи в его рассказе. «Сибаритствующий» увалень в портретном наброске Большого Пролога — в роли рассказчика, он вызывает к себе искреннюю симпатию.

А по сути дела — перед нами пародия на рыцаря старого типа в новых условиях времени, обнажающая бывшую всегда неприглядной условность идеального героя, погружение которого в жизнь, с одной стороны, мельчит, с другой стороны, по-человечески преображает его. В этом «перевертывании» — полемика с жанром рыцарского романа, в котором уход в другую, неземную, жизнь «очеловечивает» героя.

Приведя в действие портретную галерею Большого Пролога и сделав таким образом статичные лица характерами, Чосер придает драматические черты «Кентерберийским рассказам».

Впервые на эту особенность жанра обратил внимание американский исследователь творчества писателя Г. Киттредж. Пилигримы раскрывают свою сущность не только в рассказах и характеристиках автора.

Лучше всего они проявляют себя в динамических спорах — диалогах, в насыщенных драматическим содержанием перебранках, целых дискуссиях, наблюдениях друг за другом.

Отсюда и объективность предлагаемых Чосером характеристик персонажей. Самохарактеристики и их отзывы друг о друге чаще всего соответствуют характерам персонажей.

Автор подтрунивает над Монахом, раскрывая его моральное скоморошество; Мельник нападает на Управляющего, а тот — на Мельника, и открываются самые неприятные черты в характерах спутников; оскорбляя в непристойных выражениях Повара, Эконом не в лучшем виде изображает себя. В этом случае ничто не противоречит психологическому правдоподобию.

Но встречаются случаи, противоречащие ему. Отрицательные и положительные герои высоко оценивают достоинства тех, «кого они внутренне презирают». Пристав церковного суда со всей страстью защищает и кого…

Батскую ткачиху! от наговоров Кармелита; слуга каноника первоначально с почтением отзывается о своем хозяине — шарлатане; из «уважения» к компании, в которой ворюги и пройдохи находятся в таком же почете, как благочестивые люди, Сквайр уступает просьбам Трактирщика.

Подобное несовпадение с «человеческой натурой» — основой характера героев — это условный прием, как считает американский исследователь Г. Демпстер, комическая роль героя, реагирующего на обстоятельства.

Ирония, таящаяся в отношениях к антиподам, выражает такое состояние индивида, когда ситуация поворачивается к герою соответственно его роли, и он видит все с позиций этой роли.

Данным свойством чосеровского комизма можно объяснить и то, что некоторые истории, предлагаемые героями, не соответствуют (по своему внутреннему смыслу) характерам рассказчиков, оттеняя их новые качества: честолюбие Пристава, беспринципность слуги Каноника, конформизм Сквайра и др.

В наличии разных речевых пластов «Кентерберийских рассказов» также проявляются жанровые особенности драматического произведения.

В нем переплетаются и контрастируют разные языковые стили: стиль жития кающейся грешницы, второй Монахини, — с патриархально-эпическим стилем «чистой до святости» Аббатисы; книжная, безличная речь Сквайра — с образной мудростью Франклина; эмоционально-искренняя речь Рыцаря — с казенно-деловым амбициозным рассказом Священника; сочная, откровенно грубая речь Батской ткачихи, всегда готовой повиниться в грехах, оттеняет цинизм правдивых признаний подлинного грешника Пристава.

Характерная особенность жанра драматического произведения находит свое проявление в своеобразном соотношении рассказов персонажей с их речью (например, патетический рассказ Монаха — «правдолюбца» о падениях великих людей и унизительный тон того же Монаха — шута — мироеда, мечтающего выманить у «рассиропившихся» после рассказа странников последнюю полушку). Сюжетная законченность большинства историй дает возможность услышать не просто голоса героев, а воспринять их как характеры.

Подводя итоги вышесказанному, можно говорить о «Кентерберийских рассказах» Чосера как о произведении полифоническом, выбивающемся из средневековых рамок нормативного мышления и в этом смысле приближающемся к произведениям ренессансного склада литературы.

Полифонизм произведения поддерживается и лирическими отступлениями с их многообразием суждений, мнений, и ярко выраженным голосом автора, сопоставленным с голосами других героев, и композиционной незакованностью в строгую форму новеллистических сборников, и принципом соединения различных жизненных смысловых сфер, стилевых пластов, влекущих за собой преобразование жанров, нарушение их границ, создание новых жанровых разновидностей. Все это позволяет сделать вывод о том, что «Кентерберийские рассказы» Чосера на общем фоне средневековой литературы выглядят произведением, несомненно, заслуживающим к себе более пристального внимания исследователей, которые до недавнего времени считали его лишь продуктом средневекового художественного сознания.

Л-ра: Литература ХХIX (3). Античная и зарубежная литература. Метод, жанр, стиль. – Вильнюс, 1987. – С. 16-21.

Биография

Произведения

  • Кентерберийские рассказы
  • Книга о королеве
  • Птичий парламент

Критика

Ключевые слова: Джеффри Чосер,Geoffrey Chaucer,«Кентерберийские рассказы»,критика на творчество Джеффри Чосера,критика на произведения Джеффри Чосера,скачать критику,скачать бесплатно,английская литература 14 в.

Источник: https://md-eksperiment.org/post/20171024-k-probleme-zhanrovogo-svoeobraziya-kenterberijskih-rasskazov-d-chosera

Джефри Чосер. Кентерберийские рассказы

Авторы Джеффри Чосер (1340 –1400)
Дата написания конец XIV века (1387–1400)
Язык оригинала среднеанглийский
Жанр рассказ
Рукописи Эллесмерская рукопись
Оригинал не сохранился
Краткое содержание https://briefly.ru/choser/kenterberijskie_rasskazy/

Джеффри Чосер (1340 – 1400) родился в Лондоне, в семье богатого виноторговца. В детстве был определен ко двору на должность пажа. Он оказался в атмосфере французского языка и французской культуры. Молодым человеком Чосер принял участие в двух походах на Францию. В первом из них (1359) он попал в плен к французам. Вернувшись в Лондон, продолжал службу при дворе в качестве камердинера и оруженосца.

Чосер увлекался литературой. В круг его чтения входили Вергилий, Гораций, Ювенал и Овидий, которого он особенно любил. Был знаком с латинскими сочинениями средневековых авторов и читал современных французских поэтов. Произведения Данте, Боккаччо и Петрарки были ему хорошо известны; их воздействие на творчество английского поэта оказалось значительным.

Период 1374 – 1386 гг. – самый значительный в его творчестве. Работу таможенного надсмотрщика он сочетал с занятиями литературой. Знал богатство и бедность. Чосер занимал высокие должности, но придворные интриги или неожиданная смерть влиятельного покровителя лишали его и места, и жалованья.

Погребен в Вестминстерском аббатстве. Его могила стала первой в созданном впоследствии «уголке поэтов».

Чосер, отказываясь от аллитерационного стиха, разрабатывает основы английского силлабо-тонического стихосложения.

Используя опыт современных ему итальянских и французских писателей, он обогащает английскую литературу новыми жанрами, внося в их разработку много самостоятельного и оригинального (психологический роман в стихах, стихотворная новелла, ода). Закладывает основы сатирической традиции в литературе Англии.

Поэтическое наследие Чосера обширно и многообразно. Ему принадлежит перевод на английский язык французского аллегорического «Романа о Розе» Гийома де Лорриса; в форме «видения» написаны его «Книга о герцогине» (1369), «Дом славы» (1379–1384), «Птичий парламент» (1377–1382).

Содержание этих поэм связано с придворной жизнью. «Легенда о славных женщинах» (1385) повествует об истории несчастной любви знаменитых женщин древности – Клеопатры, Дидоны, Ариадны и др. Особенность этих произведений в том, что аллегории и символы не затемняют в них реальной жизни.

Источником для создания поэмы «Троил и Хризеида» (1372-1384) Чосеру послужила поэма Боккаччо «Филострато». Обратившись к форме романа в стихах, Чосер рассказывает о любви сына Приама Троила к Хризеиде и об измене Хризеиды. Развитие чувства передано во всей его сложности. В этой поэме проявилось свойственное Чосеру мастерство создания характера.

К творчеству Боккаччо Чосер обращался неоднократно. Из произведений Боккаччо («Декамерон», поэма «Тезеида») он заимствует сюжеты и образы и для своих «Кентерберийских рассказов».

Однако в новеллах Боккаччо главное – фабула, действие, а у Чосера основное заключается в характеристике персонажа.

Боккаччо закладывает основы повествовательного искусства эпохи Возрождения; творчество Чосера несет в себе зачатки драматургического искусства.

«Кентербери́йские расска́зы» — написаны в конце XIV века (1387–1400) на среднеанглийском языке; не завершены. Указываются главным произведением Чосера.

Представляют собой сборник из 22 стихотворных и двух прозаических новелл, объединённых общей рамкой. В «КР» не используется единообразного членения стиха; поэт свободно варьирует строфы и размеры.

Преобладающий размер — 5-стопный ямб с парной рифмовкой («героический куплет»).

Книга открывается «Общим прологом», в котором обрисован облик каждого из действующих лиц.

Весенним днем в харчевне «Табард» в Соуерке собрались паломники, отправляющиеся на поклонение гробу святого Томаса Бекета в Кентербери.

Это люди из разных мест Англии, принадлежащие к разным сословиям. Здесь рыцарь, монах, юрист, купец, студент, повар, мельник, капеллан, ткачиха из Бата и многие другие.

Читайте также:  Краткое содержание рыбаков дети арбата за 2 минуты пересказ сюжета

Хозяин харчевни Гарри Бейли предлагает богомольцам рассказывать занимательные истории, чтобы скоротать путь в Кентербери и обратно.

Их истории частично восходят к традиционным новеллистическим сюжетам (использованным, в частности, в «Книге благой любви»Хуана Руиса и «Декамероне» Боккаччо), частично носят оригинальный характер.

Рассказы паломников весьма разнообразны по тематике, часто связаны с темой любви и предательства; некоторые из них сатирически изображают злоупотребления католической церкви. Литературное мастерство Чосера проявляется и в том, что в новеллах отражены индивидуальные черты и манера речи рассказчиков.

 «КР» передают атмосферу переломной эпохи, современником которой был Чосер. Феодальный строй изживал себя. Потрясения, пережитые Англией на протяжении XIV в., заставляли задумываться над их причинами. В речах героев Чосера звучат упоминания о насилии и произволе, о беззаконии и корыстолюбии.

Монахи-сборщики, приставы церковного суда и викарии занимаются вымогательством. В рассказе пристава упоминается о «венценосных гневливцах». Тираны и императоры в рассказе эконома сравниваются с разбойниками.

В проповеди «Бедного священника» звучит призыв не забывать о том, что «господа происходят из того же семени, что и рабы их… Та же смерть уносит и раба, и господина». Чосер отразил более высокий уровень самосознания средневекового простолюдина.

Он верил в земного человека и в «КР» раскрывал богатство его натуры, прокладывая своим творчеством путь к литературе эпохи Возрождения.

Творчество Чосера было связано с национальной жизнью Англии.

Этим и объясняется то обстоятельство, что он писал только по-английски (в основе его – лондонский диалект), хотя превосходно знал латинский, французский и итальянский языки.

Произведение Чосера сыграло большую роль в складывании английского литературного языка и в повышении его культурного значения (в противовес считавшимся более престижными старофранцузскому и латыни).

Новаторство и своеобразие «КР» было по достоинству оценено только в эпоху романтизма, хотя продолжатели традиций Чосера появились уже при его жизни (Джон Лидгейт, Томас Хокклив и др.), а само произведение было опубликовано Уильямом Кэкстоном в самую раннюю пору английского книгопечатания.

Данте Алигьери. Новая жизнь

О произведении:

· В «Новой жизни» Данте рассказал о своей великой любви к Беатриче Портинари, юной флорентийской даме, бывшей замужем за Симоне деи Барди и умершей в июне 1290 г., когда ей не исполнилось и двадцати пяти лет.

  • · Данте написал «Новую жизнь» в 1292 или в начале 1293 г.
  • · Говоря о «новой жизни», Данте имел в виду свою любовь, но любовь эта трактовалась им и как огромная объективная сила, обновляющая мир и все человечество.
  • Строение произведения:

o Основа «Новой жизни» — стихотворения. Они окружены прозаическими кусками, Данте анализирует в них жизненные обстоятельства, побудившие его написать то или иное стихотворение, и объясняет связи, существующие между отобранными им сонетами и канцонами.

o Из своей юношеской лирики Данте отобрал для «Новой жизни» 25 сонетов, 3 канцоны, 1 баллату и 2 стихотворных фрагмента.

o Стихотворения «Новой жизни» симметрично сгруппированы вокруг второй канцоны «Младая донна в блеске состраданья», образующей композиционный центр книги.

o Так же, как и в Б. К., есть связь с числом 9.

Сюжет

§ В начале книги сказано, что поэт впервые увидел Беатриче, когда ему было девять лет, а ей около девяти. Потом о зарождении любви говорится также в терминах позднесредневековой философии. Великая любовь стала главным впечатлением юности Данте, которое определило характер всего его дальнейшего творчества.

§ Новая знаменательная встреча поэта и прекрасной дамы произошла через девять лет. На этот раз поэт встретил ее на одной из узких улиц Флоренции. Поклон дамы и впечатление, которое он производит на влюбленного, – один из характерных мотивов поэзии «сладостного нового стиля». Стихи пока что не вполне совершенны, но в композиции «Новой жизни» они необходимы.

§ Главное содержание сонетов второго цикла (гл. XIII – XVI) – мучительность безответной любви. Земная любовь к земной женщине для Данте – всего лишь один из этапов в духовном развитии человека и человечества.

§ Третья, центральная часть «Новой жизни» (стихотворения гл. XIX – XXXIV) – поэтический апофеоз Беатриче. Беатриче – и земная женщина, которая ходит по улицам Флоренции, и в то же время не просто женщина. Данте настойчиво подчеркивает причастность земной Беатриче к высшему, небесному миру.

§ Смерть Беатриче изображена как космическая катастрофа, затрагивающая все человечество. Стиль Данте приобретает интонации библейских пророков. Он черпает образы из «Апокалипсиса» и Евангелий, и в его книге появляются дерзновенные стилистические параллели между Беатриче и Христом. В «Новой жизни» любовь к земной женщине перерастает в подлинно религиозное чувство, обожествляющее человека.

В сонетах четвертого цикла «Новой жизни» (гл. XXV – XXXVIII) Данте «очеловечивает» любовь.

v Здесь появляется дама, которую поэт именует «благородной» и «сострадательной». Между ней и поэтом возникает симпатия, постепенно перерастающая в любовь. Её история описана кратко, но с глубоким психологизмом.

Поэт думает сперва, что он любит в «сострадательной даме» умершую возлюбленную, но затем понимает: это иная любовь. В отличие от прежней она обещает ему радость разделенного чувства.

Однако против нового влечения Данте восстаёт разум, ревниво оберегающий память о Беатриче. В душе Данте начинается борьба.

v Вторая любовь одно время почти одерживает победу. Однако в конечном итоге в «Новой жизни» побеждает постоянство разума. Победа эта показана в Заключении, состоящем из девяти глав (XXXIV – XLII), обрамляющих три сонета.

Хотя позже, в трактате «Пир», Данте олицетворял в «сострадательной даме» философию, в «Новой жизни», она выступает как живая женщина.

Мотив любви к «сострадательной даме» художественно необходим в «Новой жизни»: на фоне отказа от обычного счастья выявляется возвышенное значение идеальной любви к Беатриче.

Чудесное видение, заканчивающее «Новую жизнь», проводит грань между Беатриче, бывшею центром внутреннего мира Данте в пору написания «Новой жизни», и Беатриче, ставшей центром Вселенной.

Но «ангелизированная» Беатриче всегда продолжает оставаться для Данте прекрасной женщиной, которую он любил юношескою любовью.

«Новая жизнь» завершается молитвой Данте даровать ему силу воздвигнуть возлюбленной памятник, подобного которому не было ни у одного человека.

Божественная комедия.

Жанр:

Произведение называется «Комедия», следуя определению Аристотеля. Произведение, которое начинается плохо, а заканчивается хорошо.

Композиция:

Три части, состоящие из ста песен. Ад ― 34 песни, чистилище и рай ― по 33 песни.

Ад:

«Ад» ― мир, где утрачены вера, надежда и любовь, то есть три христианские добродетели. Он представляет собой девять кругов. Грешники там располагаются по степени тяжести их падения. За основу этой системы Данте взял «Этику» Аристотеля. Так, со второго по пятый круги наказывают за результаты человеческой невоздержанности:

  1. Круг 2 — за похоть;
  2. Круг 3 — за чревоугодие;
  3. Круг 4 — за скупость с расточительством;
  4. Круг 5 — за гнев;
  5. В шестом и седьмом за последствия зверства:
  6. Круг 6 ―за лжеучения
  7. Круг 7 ―за насилие, убийства и самоубийства

В восьмом и девятом за ложь и все ее производные. Худшая участь у Данте ждет предателей. Таким образом, зарождающаяся у Данте гуманистическая этика оценивает тяжесть греха с точки зрения его направленности против другого человека.

  • Но есть те, кто не примыкают ни к какому из кругов ада ― язычники, которые жили в дохристианскую эпоху, младенцы, умершие до крещения, и ничтожные люди (те, чьи дела были настолько незначительны, что они не могут попасть ни в рай, ни в ад).
  • Символика:
  • 3 ― число Божественной Троицы.
  • 10 ― число совершенства, законченности.

· Все цифры в тексте кратны трем. Три части комедии, в каждой по 33 песни, если исключить первую вводную. Всего песен 100, а это квадрат числа 10.

  1. · Строфа (терцина) состоит из трех строк.
  2. · В аду 9 кругов.
  3. · В лесу на Данте нападают три зверя.
  4. · У люцифера три пасти.

Каждая из частей кончается одним и тем же словом «Звезды». Имя Христа рифмуется только с самим собой и не упоминается вовсе, равно как и имя Марии, в обители грешников – в Аду.

  • Новаторство:
  • · Пишет не на латинском, а на итальянском языке.
  • · Автор вставляет себя в повествование, когда древний эпос был анонимным.
  • · Распределение грешников по кругам ада.
  • · Считает самыми страшными грехами те, что направлены против человека, а не те, что приносят вред лишь грешнику.
  • · Пробуждение гуманистического сознания (?)
  • Смыслы поэмы:
  • · Буквальный смысл ― изображение судеб людей после смерти, описание загробного мира.
  • · Аллегорический смысл ―выражение идеи бытия в абстрактной форме: в мире все движется от тьмы к свету, от страданий к радости, от заблуждения к истине, от плохого к хорошему.
  • · Моральный смысл ― идея воздания за все земные дела в жизни загробной.

· Анагогический смысл (высший смысл) ― стремление воспеть Беатриче и великую силу любви к ней, которая спасла его от заблуждений и позволила написать поэму. Вся поэма ― поэтический памятник Беатриче.

Ее он встречает в 30 песне Чистилища.

Анагогический смысл предполагал также интуитивное постижение божественной идеи через восприятие красоты самой поэзии ― божественного языка, хотя и сотворенного разумом поэта, человека земного.

Связь с чисто средневековыми традициями:

· Католическая символика

· Аллегоризм. Например, лес ― аллегория земной жизни, полной греховных заблуждений.

·  Схожесть с популярным в средние века жанром видения, когда авторы показывали, что ждет людей на том свете.

Дата добавления: 2018-06-27; просмотров: 1100;

Источник: https://studopedia.net/6_98702_dzhefri-choser-kenterberiyskie-rasskazi.html

Кентерберийские рассказы — Краткое содержание произведения Чосер

Произведение представляет собой сборник двадцати двух стихотворных и двух прозаических новелл.

Произведение начинается общим прологом, повествующим в сборе кентерберийской харчевне группы их двадцати девяти человек, совершающих паломничество. Группа состоит из разных по социальному статусу, экономическому положению людей.

Они проводят совместный вечер за хорошим ужином, перед уходом хозяин заведения предлагает гостям рассказать какую-нибудь историю, при этом неважно окажется она выдуманной либо настоящей.

Рассказчик самой невероятной истории получит награду в виде отменных угощений.

Первая история рассказывается Рыцарем, который повествует о правителе Афин Тесее, прославившегося во многих сражениях. Однажды, возвратившись из похода, он освобождает Афины от захватчиков Криона и его братьев Арсита и Паламона, которых заключает в тюремную башню.

Братья из окон темницы в один видят сестру жены Тесея, Эмилию, в которую сразу оба влюбляются. Освободившимся спустя годы братьям Тесей предлагает решить вопрос о девушке в открытом и честном бою, в котором побеждает Арсит.

Однако в тот же миг он оказывается убитым фурией, умирая, благословив брата и возлюбленную. Пламон и Эмилия вступают в брак. 

Следующим рассказ начинает Мельник, повествуя о прекрасных дел плотнике, имеющем молодую супругу, которая крутит роман со студентом. Молодые люди однажды решают избавиться от старого мужа, применяя хитрость и уговаривая его скрыться в бочке. После чего влюбленные придаются страсти.

Однако в этот момент под окнами появляется поклонник девушки, которого она решает проучить, выставив в окно пятую точку тела. Оскорбленный воздыхатель добывает раскаленный сошник и снова возвращается к окну. Однако в этот момент оттуда появляется попа студента и сразу же получает удар от раскаленного сошника.

Студент кричит жутким голосом, напугав старого плотника, выбравшегося из бочки и осознавшего обман жены.

Далее Врач рассказывает историю о римском рыцаре Виргинии, живущего с единственной дочкой, являющейся красавицей и умницей. Однажды на нее кладет глаз судья Аппий, но, зная отношение ее отца к нему, решает заполучить девушку обманным путем, взяв себе в помощники Клавдия.

Для этого в суде Клавдий обвиняет Виргиния в воровстве рабыни, а судья постановляет вернуть собственность. Тогда рыцарь с согласия дочери решается на отчаянный поступок с целью спасения дочери от насилия. Он отрубает ей голову и приносит в суд.

Аппий решает казнить рыцаря, но народ встает на его сторону, а судью заточают в темницу. Сообщника Клавдия изгоняют навсегда из города.

Читайте также:  Краткое содержание антон макаренко флаги на башнях за 2 минуты пересказ сюжета

Затем историю рассказывает Эконом. В ней повествуется о Фебе (Апполоне), жившем среди людей, отличающемся невероятной красотой, харизматичностью и являющегося отличным стрелком из лука. Помимо этих талантов, Феб отлично играет на арфе и лире, поет.

Феб имеет белого ворона, жившего в золотой клетке, умную и обучаемую птицу. У Феба имеется красивая супруга, которую он сильно ревнует. В один из дней Феб покидает дом, а жена приглашает любовника, ворон же становится свидетелем измены и по возвращении хозяина все ему рассказывает.

В гневе Феб выстреливает в жену из лука, но затем начинает мучиться сомнениями. Ему кажется, что он совершил неправильный поступок. В ярости Феб разбивает собственные музыкальные инструменты, ломает лук и стрелы.

  В итоге он прогоняет ворона, решив, что птица солгала, предварительно ободрав его белые крылья и накинув на него черную тряпку, а также отняв речевой дар. С этого случая вороны появляются на земле лишь в черном виде.

Читательский дневник.

Источник: http://sochinite.ru/kratkie-soderzhaniya/raznye-avtory/kenterberijskie-rasskazy

1. Жанровая специфика «кентерберийских рассказов»

Всемирную известность
Дж. Чосеру принесли его “Кентерберийские
рассказы”. Идею рассказов дало Чосеру
чтение “Декамерона” Боккаччо.

Современная поэзия
начинается с Джерри Чосера (1340 — 1400 гг.),
дипломата, солдата, учёного. Он был
буржуа, знающий двор, обладал пытливым
взглядом, много читал и путешествовал
по Франции и Италии, чтобы изучать
классические произведения на латыни.

Он писал потому, что осознавал свои
гения, но его читательская аудитория
была небольшая: придворные, да часть
рабочих и купцов. Он служил в лондонской
таможне.

Этот пост дал ему возможность
разносторонне ознакомиться с деловым
бытом столицы, воочию увидеть те
социальные типы, что появятся в его
главной книге «Кентерберийские
рассказы».

«Кентерберийские
рассказы» вышли из-под его пера в 1387
году. Они выросли на основе повествовательной
традиции, истоки которой теряются в
глубокой древности, заявившей о себе в
литературе XIII-XIV вв. в итальянских
новеллах, циклах сатирических сказок,
«Римских деяниях» и других сборниках
поучительных рассказов. В XIV в.

сюжеты,
подобранные у разных авторов и в разных
источниках, объединяются уже в глубоко
индивидуальном оформлении. Выбранная
форма — рассказы путешествующих
пилигримов — даёт возможность представить
яркую картину средневековья.

Представление
Чосера о мире включает и христианские
чудеса, о которых повествуется в «Рассказе
аббатисы» и в «Рассказе юриста», и
фантастику бретонских лэ, которая
проявляется в «Расска-зе ткачихи из
Бата», и идею христианского долготерпения
— в «Рас-сказе оксфордского студента».
Все эти представления были органичны
для средневекового сознания.

Чосер не
подвергает сомнению их цен-ность, о чем
свидетельствует включение подобных
мотивов в «Кентерберийские рассказы».
Чосер создает образы-амплуа. Они создаются
на осно-ве профессионально-сословной
характеристики и несоответствия ей
героев. Типизация достигается путем
дубликации, умножения похожих образов.

Абсолон из «Рассказа мельника», например,
выступает в амп-луа служителя религии
— любовника. Он церковный причетник,
лицо полудуховное, но мысли его обращены
«е ж богу, а к хорошеньким при-хожанкам.

О распространенности такого образа в
литературе свиде-тельствует, кроме
многочисленных французских фаблио,
одна из народпых баллад, помещенных в
сборнике «Secular lyrics of the XlVth and XVth centuries».
Поведение героя этого небольшого
стихотворения очень похоже на действия
Абсолона. Повторяемость образа делает
его типическим.

Все ученые-литературоведы,
исследовавшие проблему жанров
«Кентерберийских рассказов», солидарны
в том, что одним из основных литературных
жанров данного произведения является
— новелла.

«Новелла (итал.
novella, букв.

— новость), — читаем в литературном
энциклопедическом словаре, — малый
прозаический жанр, сопоставимый по
объему с рассказом, но отличающийся от
него острым центростремительным
сюже-том, нередко парадоксальным,
отсутствием описательности и композиционной
строгостью. Поэтизируя случай, новелла
предельно обнажает ядро сюжета — центр,
перипетию, сводит жизненный материал
в фокус одного события» [5, 248].

В отличие от
рассказа — жанра новой литературы на
рубеже 18— 19 вв.

, выдвигающего на первый
план изобразительно-словесную фактуру
повествования и тяготеющего к развернутым
характеристи-кам,— новелла есть искусство
сюжета в наиболее чистой форме, сложившееся
в глубокой древности в теской связи с
ритуальной магией и мифами, обращенное
прежде всего к деятельной, а не
созерцательной стороне человеческого
бытия. Новеллистический сюжет, построенный
на резких анти-тезах и метаморфозах, на
внезапном превращении одной ситуации
в прямо ей противоположную, распространен
во многих фольклорных жанрах (сказка,
басня, средневековый анекдот, фаблио,
шванк).

«Литературная
новелла возникает в эпоху Возрождения
в Италии (ярчайший образец — «Декамерон»
Дж. Боккаччо), затем в Англии, Франции,
Испании (Дж. Чосер, Маргарита Наваррская,
М. Сервантес).

В форме комического и
назидательного новелла происходит
становление ренессансного реализма,
раскрывшего стихийно-свободное
самоопределение лич-ности в чреватом
превратностями мире. Впоследствии
новелла в своей эволюции отталкивается
от смежных жанров (рассказа, повести и
др.

), изображая экстраординарные, порой
парадоксальные и сверхъестественные
происшествия, разрывы в цепи
социально-исторического и психологического
детерминизма». [5, 248]

Чосер как поэт еще
до создания «Кентерберийских рассказов»
испытал влияние французской и итальянской
литературы. В творчестве Чосе-ра, как
известно, появляются уже некоторые
предвозрожденческие черты, и его принято
относить к Проторенессансу.

Вопрос о
влиянии создателя классической новеллы
Возрождения Джованни Боккаччо на Чосера
является спорным.

Достоверны только
его знакомство с ранними произведениями
Боккаччо и исполь-зование в качестве
источников Боккаччиевых «Филоколо» (в
рассказе Франклина), «Истории знаменитых
мужей и женщин» (в рассказе монаха),
«Тесеиды» (в рассказе рыцаря) и только
одной из новелл «Декамерона», а именно
истории верной жены Гризельды, по
латинскому переводу Петрарки (в рассказе
студен-та). Правда, некоторую перекличку
с мотивами и сюжетами, разрабатываемыми
Боккаччо в «Декамероне», можно найти
так-же в рассказах шкипера, купца и
Франклина. Разумеется, эта перекличка
может объясняться обращением к общей
новеллистической традиции. В числе иных
источников «Кентерберийских рассказов»
— «Золотая легенда» Якова Ворагинского,
басни (в частности, Марии Французской)
и «Роман о Лисе», «Роман о Розе», ры-царские
романы Артурова цикла, французские
фаблио, другие произведения средневековой,
отчасти античной литературы (на-пример,
Овидий). Мелетинский также говорит, что:
«Легендарные источники и мотивы находим
в рассказах второй монахини (взятое из
«Золотой легенды» жи-тие Св. Цецилии),
юриста (восходящая к англо-нормандской
хронике Никола Триве история превратностей
и страданий доб-родетельной христианки
Констанцы — дочери римского импера-тора)
и врача (восходящая к Титу Ливию и «Роману
о Розе» история целомудренной Виргинии
— жертвы похоти и злодейства судьи
Клавдия). Во втором из этих рассказов
легендарные моти-вы переплетаются со
сказочными, отчасти в духе греческого
ро-мана, а в третьем — с преданием о
римской «доблести». Прив-кус легенды и
сказочная основа чувствуются в рассказе
студен-та о Гризельде, хотя сюжет и взят
у Боккаччо». [4, 70]

  • В прологе к
    «Кентерберийским Рассказам» автор
    настраивает читателя на последующее
    подробное повествование-описание о
    каждом пилигриме, его внешности, положении
    в обществе.
  • В паломничество
    отправились представители различных
    слоев общества. По социальному положению
    пилигримов можно распределить на
    определенные группы:
  • Высший свет (Рыцарь,
    Сквайр, церковные служители);
  • Ученые люди (Врач,
    Юрист);
  • Землевладельцы
    (Франклин);
  • Собственники
    (Мельник, Мажордом);
  • Купеческий класс
    (Шкипер, Купец);
  • Ремесленники
    (Красильщик, Плотник, Ткач, и так далее);
  • Низший класс
    (Пахарь).

В «Общем Прологе»
Джеффри Чосер представляет читателю
практически каждого пилигрима (просто
упоминая его присутствие, или представляя
в деталях его характер).

«Общий Пролог»
некоторым образом формирует ожидания
читателя — ожидание основного настроения
и тематики рассказа, последующего
поведения пилигрима. Именно из «Общего
Пролога» читатель получает представление
о том, какие истории будут рассказаны,
а также суть, внутренний мир каждого
пилигрима.

Поведение представленных
Чосером персонажей раскрывает суть их
личностей, их привычки, личную жизнь,
настроения, хорошие и дурные стороны.

Характер того или иного персонажа
представлен в прологе к «Кентерберийским
Рассказам» и раскрывается далее в
самом рассказе, предисловиях и послесловиях
к рассказам. «Исходя из отношения Чосера
к каждому персонажу, пилигримов,
участвующих в путешествии, можно
организовать в определенные группы:

  1. Идеальные образы
    (Рыцарь, Сквайр, Студент, Пахарь,
    Священник);
  2. Персонажи, над
    которыми автор посмеивается (Аббатиса,
    Монах, Батская Ткачиха);
  3. «Нейтральные»
    образы, описания которых не представлены
    в «Прологе» — Чосер лишь упоминает
    их присутствие (священнослужители из
    окружения Аббатисы);
  4. Образы с некоторыми
    отрицательными чертами характера
    (Шкипер, Эконом);
  5. Закоренелые
    грешники (Кармелит, Продавец индульгенций,
    Пристав церковного суда — все они
    церковные служащие)» [27].
  6. К каждому персонажу
    Чосер находит индивидуальный подход,
    представляя его в «Общем Прологе».

«В поэтических
«Кентерберийских рассказах»
национальным было композиционное
обрамление — обстановка места действия:
таверна у дороги, ведущей в Кентербери,
толпа паломников, в которой представлено,
по существу, все английское общество —
от феодалов до веселой толпы ремесленников
и крестьян. Всего в компанию паломников
набирается 29 человек. Почти каждый из
них — живой и достаточно сложный образ
человека своего времени; Чосер мастерски
описывает отличным стихом привычки и
одежды, манеру держать себя, речевые
особенности персонажей» [16].

Как различны герои,
так различны и художественные средства
Чосера. О набожном и храбром рыцаре он
говорит с дружеской иронией, ведь слишком
уж анахроничным смотрится рыцарь со
своей куртуазностью в грубоватой,
крикливой толпе простонародья.

О сыне
рыцаря, мальчике, полном задора, автор
говорит с нежностью; о вороватом
мажордоме, скряге и обманщике — с
брезгливостью; с насмешкой — о бравых
купцах и ремесленниках; с уважением — о
крестьянине и праведном священнике, об
оксфордском студенте, влюбленном в
книги.

О крестьянском же восстании Чосер
отзывается с осуждением, едва ли даже
не с ужасом.

В полной мере
сатирический талант Чосера развертывается,
когда речь заходит о монашестве и о
духовенстве побогаче. Для Чосера все
они — горсть паразитов, существующих за
счет общества.

Блестящий жанр
литературного портрета — вот что, может
быть, является главным созданием Чосера.
Вот, в качестве примера, портрет ткачихи
из Бата.

А с ним болтала
батская ткачиха,
На иноходце восседая
лихо; Но в храм
Пред ней протиснись
кто-нибудь из дам, —
Вмиг забывала, в
яростной гордыне —
О благодушии и
благостыне. Лицом пригожа и румяна. Жена завидная она была. И пятерых
мужей пережила, Гурьбы дружков девичьих
не считая.

Что, изменилось
за шесть с половиной столетий? Разве
что конь уступил место лимузину.

Но вот мягкий юмор
уступает жесткой сатире, когда автор
описывает ненавистного ему продавца
индульгенций.

Глаза его, как
заячьи, блестели. Растительности не
было на теле, А щеки гладкие — желты,
как мыло. Казалось, мерин он или кобыла, И, хоть как будто хвастать было нечем, Об этом сам он блеял по-овечьи…

По ходу произведения
паломники рассказывают различные
истории. Рыцарь — старинный куртуазный
сюжет в духе рыцарского романа; плотник
— смешную и непристойную историю в духе
скоромного городского фольклора и т.д.
В каждом рассказе раскрываются интересы
и симпатии того или иного паломника,
чем достигается индивидуализация
персонажа, решается задача его изображения
изнутри.

Чосера называют
«отцом реализма». Причиной тому
его искусство литературного портрета,
который, выходит, появился в Европе
раньше, чем портрет живописный.

И
действительно, читая «Кентерберийские
рассказы», можно смело говорить о
реализме как творческом методе,
подразумевающем не только правдивое
обобщенное изображение человека,
типизирующее определенное общественное
явление, но и отражение изменений,
происходящих в обществе и человеке.

Итак, английский
социум в портретной галерее Чосера —
это социум в движении, в развитии,
общество переходного периода, где
феодальные порядки сильны, но устарели,
где явлен новый человек развивающегося
города.

Из «Кентерберийских рассказов»
ясно: не проповедникам христианского
идеала принадлежит будущее, но деловым,
полным сил и страстей людям, хотя они и
менее почтенны и добродетельны, чем те
же крестьянин и сельский священник.

В «Кентерберийских
рассказах» заложена основа новой
английской поэзии, опирающаяся на весь
опыт передовой европейской поэзии и
национальные песенные традиции.

На основе анализа
этого произведения, мы пришли к выводу,
что на жанровую природу «Кентерберийских
рассказов» сильное влияние оказал жанр
новеллы. Это проявляется в особенностях
сюжета, построении образов, речевой
характеристике персонажей, юморе и
назидании.

Источник: https://studfile.net/preview/844766/page:24/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector