Краткое содержание воробьев немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Презентация на тему: К. Воробьев «Немец в валенках» Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Скачать эту презентацию

Получить код Наши баннеры Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

Скачать эту презентацию

№ слайда 1

Описание слайда:

К. Воробьев «Немец в валенках»

№ слайда 2

Описание слайда:

Ключевые слова урока: 1.К . Д. Воробьев2.«Немец в валенках»3.Международное гуманитарное право, военнопленный конвенция,гуманизм,сострадание,вооруженный конфликт,война

№ слайда 3

Описание слайда:

Тема урока

№ слайда 4

Описание слайда:

Война — вооруженный конфликт

№ слайда 5

Описание слайда:

Человек на войнефронт тыл плен оккупация

№ слайда 6

Описание слайда:

К. Д . Воробьев Непросто складывалась военная судьба Константина Дмитриевича Воробьева: принимал участие в первых боях под Москвой, попал в плен, дважды бежал, командовал в Литве партизанским отрядом. В основу рассказа «Немец в валенках» положен реальный факт из лагерной жизни. Писатель прошел многие лагеря для военнопленных: в Клину, потом смоленский, каунасский, саласпилский и шауляйский.

№ слайда 7
№ слайда 8

Описание слайда:

В реальности, по словам писателя, в плену все было гораздо страшнее описанного им в повести: предательство за баланду, безумие, людоедство. Вместе с тем в этом кошмаре были случаи и мужества, и героизма.

№ слайда 9

Описание слайда:

Были ли моменты, когда хотелось прервать чтение рассказа?Кто такие пленные и как люди становятся пленными?

№ слайда 10

Описание слайда:

Как автор называет обитателей барака? Что обозначает это слово? До какого состояния доведены пленные?

№ слайда 11

Описание слайда:

Доходяги ДОХОДЯГАи, м. и ж. (прост.). Обессилевший, изможденный человекЧто за пленные были собраны в этом бараке?Почему им не давали даже воды?

№ слайда 12

Описание слайда:

В этом бараке были собраны штрафники — те, кто уже пытался бежать.

№ слайда 13

Описание слайда:

Вилли Броде Чем интересна внешность Вилли Броде? Найдите сравнения, которые использует автор.

№ слайда 14

Описание слайда:

«Он был … рыжий, как подсолнух, и ступал мягко и врозваль, как деревенский кот…» Изменилось бы ваше к нему отношение, если бы сравнения были другие: «рыжий, как огонь; ступал, как дикая кошка, как тигр на охоте»?

№ слайда 15

Описание слайда:

Как поначалу восприняли этого охранника пленные? Почему их раздражали «сибирские валенки с обрезанными голенищами?»

№ слайда 16

Описание слайда:

Он воевал под Москвой, где немецкая армия потерпела поражение. Перед пленными был не новичок, а бывалый солдат, который уцелел в страшной битве. Он мог быть озлобленным, особенно жестоким, мстительным.

№ слайда 17

Описание слайда:

Как Вилли Броде обращается к рассказчику во второй свой приход? Ожидает ли герой, что охранник принесет хлеб? А вы? Рискует ли охранник? Как вы это поняли? Что позволило охраннику лагеря увидеть в каком-то пленном с присвоенным ему порядковым номером – человека?

№ слайда 18

Описание слайда:

Называет по имени: «Алек-шандр» Обмороженные ноги помогли соотнести свои ощущения от страданий с такими же страданиями другого

№ слайда 19

Описание слайда:

Как вы воспринимаете финал рассказа: трагично, оптимистично, как-то иначе Сочувствуете ли вы Вилли Броде? Хотелось бы вам, как и главному герою рассказа, чтобы «немец в валенках» дожил до наших дней? Почему?

№ слайда 20

Описание слайда:

Всякий ли пленный может вызвать сострадание? На что должен рассчитывать любой пленник со стороны тех, кто взял его в плен?

№ слайда 21

Описание слайда:

Женевские конвенции о защите жертв войны (1949) 1.Защита раненых и больных из состава сухопутных армий.2. Защита раненых и больных лиц, потерпевших кораблекрушение из состава вооруженных сил на море.3.Защита военнопленных.4.Защита гражданского населения во время войны.

№ слайда 22

Описание слайда:

Взятые в плен участники военных действий и гражданские лица, находящиеся во власти противника, имеют право на:- сохранение жизни, -уважение их достоинства, личных прав и убеждений (политических, религиозных и иных). — защиту от любых насильственных действий и репрессий. на переписку со своими семьями на получение помощипредоставление основных судебных гарантий

№ слайда 23

Описание слайда:

Соблюдаются ли права пленныхпо отношению к героям рассказа К. Воробьева «Немец в валенках»?

№ слайда 24

Описание слайда:

Совершенно необязательно сострадать или испытывать какие-либо положительные чувства к пленному вражеской армии. В то же время и чувство ненависти не должно помешать соблюдению основного гуманитарного правила: военнопленный имеет право на гуманное обращение

№ слайда 25

Описание слайда:

Тема урока

№ слайда 26

Описание слайда:

Воину надлежит мощь вражескую сокрушать, а не безоружного поражать А. Суворов

№ слайда 27

Описание слайда:

Ключ к тесту: 1-а Критерии оценки:2-б 9-10 правильных ответов — «5»3-б 7-8 правильных ответов — «4»4-а 5-6 правильных ответов — «3»5-б 1-4 правильных ответов — «2»6-а7-в8-в9-б10-а

№ слайда 28

Описание слайда:

Домашнее задание: НАПИШИТЕ СОЧИНЕНИЕ НА ТЕМУ«О ЧЕМ ЗАСТАВИЛ МЕНЯ ЗАДУМАТЬСЯ РАССКАЗ «НЕМЕЦ В ВАЛЕНКАХ».

Скачать эту презентацию

Скачивание материала начнется через 60 сек. А пока Вы ожидаете, предлагаем ознакомиться с курсами видеолекций для учителей от центра дополнительного образования «Профессионал-Р» (Лицензия на осуществление образовательной деятельности

№3715 от 13.11.2013).

Получить доступ

Источник: https://ppt4web.ru/literatura/k-vorobev-nemec-v-valenkakh.html

Урок по рассказу К.Д. Воробьёва «Немец в валенках»

17 ноября 2019 Просмотров: 1121 Краткое содержание Воробьев Немец в валенках за 2 минуты пересказ сюжета

  • На уроке в 7 классе размышляем, совместимы ли понятия «война» и «гуманизм».
  • Автор урока: Валикова Татьяна Вячеславовна
  • ГУМАНИЗМ КАК ГЛАВНЫЙ ЗАКОН СОХРАНЕНИЯ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ
  • (УРОК РОДНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В 7-М КЛАССЕ)
  • Цель урока: создание условий для понимания идейно-художественного своеобразия рассказа курского писателя Константина Дмитриевича Воробьёва «Немец в валенках»; организация деятельности учащихся по анализу прозаического текста; создание условий для развития морально-нравственных качеств учеников.
  • Планируемые результаты:
  • Личностные:  воспитание у детей чувства гордости и любви к малой родине на примере главного героя рассказа Константина Дмитриевича Воробьёва «Немец в валенках»; формирование чувства ответственности за свои поступки.
  • Метапредметные: умение самостоятельно формулировать тему и цель урока, умение подбирать аргументы для подтверждения собственной позиции, способность самостоятельно организовать поисково-исследовательскую деятельность, умение контролировать и оценивать собственную деятельность, умение определять степень успешности своей работы и работы одноклассников, умение работать в паре, умение формулировать собственное мнение.

Предметные: умение анализировать прозаический текст, понимание проблемы и гуманистического пафоса рассказа К.Д. Воробьёва «Немец в валенках», умение находить изобразительно-выразительные средства и определять их роль в создании художественных образов.

Тип урока: урок родной литературы (русской), урок формирования новых знаний.

Форма урока: урок открытых мыслей, урок-исследование.

Оборудование: компьютер, проектор, карточки с заданиями для самостоятельной работы, смайлики для рефлексии, текст рассказа К.Д.Воробьёва «Немец в валенках». 

Ход урока

I. Просмотр видео «В память о погибших в концлагерях» (https://www.youtube.com/watch?v=XBacgCOcqOI, продолжительность – 2 минуты 16 секунд)

  • Как вы думаете, о чем пойдет речь на уроке? (о жизни военнопленных в период немецко-фашистской оккупации; о страданиях Саши, одного из сорока шести пленных штрафников, и поступке Вилле Броде, немецкого конвоира)
  • Вам нравится читать произведения о Великой Отечественной войне? Почему?

II. Формулирование темы и задач урока. 

  • Как вы думаете, о чем мы будет говорить на уроке?
  • Сегодня мы поразмышляем над рассказом К.Д. Воробьева «Немец в валенках». Предположите, что мы будем делать.

III. Анализ текста: определение основной проблемы.

  • Как вы понимаете слово «гуманизм»?

Humanus (лат.) – человеческий.Это система воззрений, признающая ценность человека как личности, его право на свободу, счастье, развитие и проявление своих способностей, считающая благо человека критерием оценки общественных отношений.

  • Приведите примеры синонимов этого слова.
Читайте также:  Краткое содержание два плуга ушинского за 2 минуты пересказ сюжета

Синонимы: человечность, человеколюбие, уважение к людям.

  • Давайте обратимся к рассказу К.Д. Воробьёва. Что больше всего запомнилось в нём? Что было самым трогательным?
  • На какую деталь обращает внимание автор?  Что стало причиной проявления заботы в отношении немца со стороны пленного? (На обмороженные пальцы).
  • Еще одна тема – чувство товарищества (об этом говорят многие эпизоды рассказа — в финале повествования автор описывает момент, в котором показано отношение главного героя к своим сотоварищам по бараку, а одновременно и по несчастью. Герой не съедает весь хлеб, принесенный ему немцем, он оставляет ровно половину Воронову. Остальные обитатели барака отнеслись к дружбе немца и русского презрительно и враждебно, не скрывая своего отношения).
  • Дайте оценку поведению главного героя (ситуация выбора, в которой оказался главный герой очень сложная. Поддерживать дипломатические отношения с немцем герой решается не только ради своего благополучия, но и ради продления жизни сокамерникам, которые были готовы его возненавидеть).

Сообщение ученика о нацистском концлагере в Саласпилсе (индивидуальный информационный проект).

Слово учителя:

Ни годы, ни десятилетия не сотрут пережитого из памяти людей, чья судьба была опалена войной. У каждого была своя война. Об одной такой судьбе военнопленного поведал в своем произведении «Немец в валенках»  курский писатель К.Д. Воробьёв. В этом рассказе, написанном в 1966 году, автор повествует о реальном случае сплочения представителей враждующих сторон.

Произведение это сам он считал одним из лучших, но в редакциях и издательствах были противоположные мнения. В основу этого рассказа положен факт из лагерной жизни К. Воробьева. Да, действительно, был такой немец по имени Вилли Броде, который проникся к Константину Дмитриевичу состраданием и подарил ему сигареты. Но в целом этот рассказ подчинен авторскому замыслу.

 

Давайте погрузимся в текст, заглянем в мастерскую поэта и определим, какими инструментами он пользовался, чтобы заставить нас, современных читателей, подумать над проблемой, поднятой им. Но сначала давайте определим значение некоторых слов, встречающихся в тексте К.Д. Воробьёва.

Словарь (индивидуальный информационный проект)

  • Штрафники – военнослужащие, совершившие преступления (кроме тяжких преступлений, за которые полагалась смертная казнь) и осуждённые приговором военного трибунала с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны.
  • Опорки – остатки стоптанной и изодранной обуви, едва прикрывающие ноги или изношенные сапоги с отрезанными по щиколотку голенищами.
  • Шумахер – распространённая немецкая фамилия, означает «сапожник».
  • Эрзац – или суррога́т — неполноценный заменитель чего-либо. Понятие «эрзац» стало широко применяться во время Первой мировой войны, когда в Германии из-за огромного недостатка стратегических продуктов сливочное масло стали заменять маргарином, сахар— сахаринoм, a кофе — цикорием.
  • Доходяга – предельно изможденный, обессилевший человек или животное.
  • Унтер – унтер-офице́р — нижние чины (должность — звание) и категория младшего командного и начальствующего состава в вооружённых силах (ВС) разных государств и стран, условно соответствующая сержантско-старшинскому составу.
  • Фельдфебель – это звание относится к старшей категории унтер-офицеров.

IV. Эвристическая беседа:

  • Что удивило вас в названии? Что автор подчеркивает этой деталью? (валенки, казалось бы, обувь русских людей, а тут немец)
  • Какими словами называет Воробьев обитателей барака?

(штрафники; доходяга; больные; те, кто хныкал, закрывался от ударов и стонал)

  • В чем особенность лагеря? (пленные пытались бежать)
  • Расскажите о главных героях. (Александр, 22 года, пленный, его имя с греческого переводится как «защитник»; Вилле (русский аналог — «Василий»; Броде – немецкий охранник («брод» по-немецки – «хлеб»).
  • Как происходит сближение Александра и Вилле Броде?

(немец передал Александру маленький квадратный пакет из серой бумаги, Александр сразу почувствовал невесомость хлеба)

  • Что заключалось в понятии «хлеб»? (в хлебе скрыта живая телесная теплота)
  • Почему хлеб не принимается другими военнопленными?

(военный инженер Тюрин, будучи старостой барака, предупредил, что тот, кто примет от Александра вражескую приманку, должен будет сурово ответить)

  • Каков финал рассказа? Можем ли мы надеяться на счастливый исход?
  • Возможен ли гуманизм во время войны?
  • Напишите формулу гуманизма.

Гуманизм = ?+?+?

(уважение, сострадание, милосердие)

V. Определение идеи произведения.

Финал в рассказе открытый, чтобы каждый читатель ответил на вопрос: остался  ли жив Вилле Броде?  Бессмысленна ли помощь немецкого крестьянина?

  • Почему автор оставил такой финал?
  • Все дальше уходит в историю Великая Отечественная война. Но не становится только прошлым. Тема войны в творчестве писателя К.Д. Воробьёва основная. Она вмещает у него все основные нравственные, идеологические и социально-политические аспекты современности. И потому, читая его произведения, мы вновь и вновь возвращаемся к теме поведения человека на войне.

VI. Рефлексия.

  • Предлагаю еще раз вспомнить Александра из рассказа Константина Воробьёва. Какие качества характера этого героя вы хотели бы воспитать у себя?
  • На столе у учителя две вазы. Если вам понравился урок, и вы узнали что-то новое, то положите в вазу красный цветок, если не понравился – голубой.

VII. Домашнее задание. 

Напишите сочинение-рассуждение «Совместимы ли понятия «война» и «гуманизм»?

Литература

  1. Ефремова Т.Ф. Новый толково-словообразовательный словарь русского языка. – М., «Русский язык», 2000 г.
  2. Литература в школе от А до Я. 5-11 классы: энциклопедический словарь-справочник. – М., «Дрофа», 2006 г.
  3. Большой справочник. Литература для школьников и поступающих в вузы. – М., «Дрофа», 2004 г.
  4. Воробьев К.Д., Носов Е.И. Фанфары и колокола. – Курск, 1998 г.

Интернет-ресурсы:

Источник: http://umoslovo.ru/index.php/rodnaya-literatura/458-urok-po-rasskazu-k-d-vorobjova-nemets-v-valenkakh

Читать онлайн "Немец в валенках" автора Воробьев Константин — RuLit — Страница 2

— Теперь тебе легче, да? — спросил я. Он не понял, видно, о чем я, потому что посунулся ко мне на руках, не опуская ног, и сказал торопясь:

— Их бин бауэр, ферштеест? Ба-у-эр. Унд ду?***

* Он хочет курить? (нем.)

** Все здесь бежавшие? (нем.)

*** Я крестьянин, понимаешь? Крестьянин. А ты? (нем.)

Из военного словаря мне было известно, что такое «бауэр». Ну конечно! Он должен быть этим бауэром, и никем другим. Они дуют пиво — «нох айн маль»*,- жрут желтую старую колбасу, рыжеют, а потом воюют со всем светом и отмораживают ноги под Москвой!.. Я не знал, что он задумал по теплыни, чего ему от меня хочется, и не ответил на вопрос.

— Их бин ба-у-эр! — как о светлом, о котором он внезапно вспомнил, сказал немец.- Унд ду?

Может, потому, что у меня все время не проходила боль в мизинцах и думалось об обуви, я выбрал ремесло сапожника. Немец не уразумел, что это значит, и я показал на свои босые ноги и помахал воображаемым молотком.

— Шумахер? — догадался немец.

Я кивнул. Он поглядел на свои сибирские опорки и что-то проворчал,моя профессия ему не понравилась. В бараке стояла прежняя трудная тишина: пленные ждали конца события, а немец держал на весу ноги и молчал. Я следил за выражением его лица. Оно было тяжелым и напряженным.

— На, аллес,- сказал он.- Цайт цу геен!**

* Еще раз (нем.).

** Ну все, пора идти! (нем.)

Пленному полагалось двигаться впереди конвоира шагах в шести. Такая дистанция очень опасна, если ты задумал бежать,- не в бараке, понятно, а за лагерем, когда уже известно, куда вы оба направляетесь.

Тот, кто это пробовал, всегда падал убитым в десяти шагах от конвоира, если несся по прямой, в пятнадцати, когда бежал влево, и примерно в двадцати, если кидался в правую сторону. Пленные хорошо знали этот необъяснимый закон, и тот, кому судьба определяла залагер-ную прогулку, неизменно бежал вправо.

Читайте также:  Краткое содержание оперы пуччини джанни скикки за 2 минуты пересказ сюжета

Можно было, конечно, и не бегать, но число двадцать на четырнадцать единиц больше шести, и ясно, почему беглец выбирал правую сторону, если не считать, что сердце у него в этом случае оказывалось защищенным от конвоира правым боком…

Я так и пошел к выходу,- впереди немца, но он сказал: «Момент», и я задержался, а огляды-ваться не стал, чтобы не видеть глаза Ивана. Немец поравнялся со мной, и мы пошли рядом,- я табаня то правой, то левой рукой, а он врозваль, морщась и глядя на мои ноги.

У дверей в цемент-ном полу была глубокая колдобина, заполненная янтарно-радужной кропой доходяг. Мы там споткнулись одновременно, и немец выругался резко и коротко, а я длинно и, наверно, заклинаю-ще, потому что он притих и прислушался.

Мне нужно было потереть зашибленные пальцы, чтобы они распрямились, и я присел и опять помянул души живых и мертвых.

— Что ты там бормочешь? — подозрительно, вполголоса спросил немец.После этого не болят, да?

Возможно, он произнес другие слова, но смысл вопроса был этот, я не мог ошибиться. Мне было не к чему разуверять его, и я словами и жестами подтвердил его догадку.

Кто-то из наших засмеялся тоненько и болезненно, и, наверно, немец понял злорадный смысл этого смеха, потому что оценивающе оглядел меня с ног до головы.

Я уже управился со своими ногами и был готов идти, и тогда немец дважды спросил меня о чем-то, чего я не понял.

— Их хайсе Вилли Броде,- сказал он и большим пальцем ткнул себя в грудь.- Унд ви ист дайн наме?*

* Меня зовут Вилли Броде. А тебя? (нем.)

Я назвал свое имя. Немец старательно и неверно произнес его по складам и не торопясь, врозваль ушел. Я постоял у дверей и побрел назад, на свое место. Иван пошевелился и, не открывая глаз, всхлипывающе спросил:

— Чего он хотел, а?

— Не знаю,- сказал я.- Может, вернется.

— Хрен ему… В сумку.

Я лег, как и хотел, подтянув к подбородку колени и обжав ладонями пальцы ног. Весь день и ночь в бараке было тихо и холодно, а утром немец явился опять. Он не захотел переступать колдобину и встал у дверей. Мы с Вороновым сидели заученным доходяжьим приемом — спина к спине, и я чуть-чуть подался назад, чтобы стояк нар загородил меня от немца.

Он и загородил, но немец в это время по складам сказал: «Алек-шандр», и я уложил Ивана и полез с нар. Немец стоял у дверей — коренастый, неподобранный и рыжий, как одуван в запретной черте нашего лагеря.

Наверно, ему хотелось зачем-то, чтобы я споткнулся на вчерашнем месте,- смотрел он на меня так, когда чего-то ждут от человека, но я остановился перед колдобиной и тоже стал ждать.

— Моен,- невнятно и мрачно сказал немец. Я не понял, что это значило, и промолчал. Он оглянулся на дверь — крадучись и опасливо — и сунул правую руку в карман френча. Теперь трудно сказать, что из того вышло б, если бы я сделал то, о чем подумал в эту минуту: у немца отсутствовали глаза и правая рука; в колдобину он упадет плашмя и я тоже, но сверху, на него…

Но это не случилось.

Он дважды сказал: «Нимм»*, а руку держал перед собой,- видно, хотел, чтобы я полез через колдобину, как вчера. Мне смутно виделось, что было у него в руке, и я не двигался и не шатался.

— Ду хает гут гефрюштюкт, я?**

* Возьми (нем.).

** Ты хорошо позавтракал, да? (нем.)

Это он сказал рассерженно, оглянувшись на дверь и протянув ко мне руку, и я различил маленький квадратный пакет из серой бумаги. Концы ее были аккуратно заправлены, как у бандероли, и я взял пакет и сразу почувствовал невесомую важкость хлеба, его скрыто-живую телесную теплоту.

Немцу б надо было уйти тогда, чтобы я отнес хлеб на нары и там посидел бы и как-нибудь сладил — справился с собой, со всем нашим пленным обруганным миром и с ним — охранником-бауэром в наших валенках без голенищ.

Ему б уйти, но он обиженно-ожидающе смотрел на меня, а я молчал и пытался засунуть пакет в нагрудный карман гимнастерки, не спуская глаз с дверей барака — недаром же он сам оглядывался туда!

— Ах, менш!

Он по-кошачьи махнул рукой в сторону дверей, перешагнул колдобину и подтолкнул меня к пустынным нарам,- пленные ютились в глухом конце барака, дальше от дверей. Мы сели и разом подобрали ноги. Я ощущал изнурительный запах хлеба, край пакета высовывался из кармана гимнастерки, и голова против воли клонилась к нему.

— Нун, вас вартест ду нох? Ис дайн фрюштюк!* — сказал немец. Он показывал на пакет, и я понял, что ему зачем-то нужно, чтобы хлеб был съеден при нем. Он отобрал у меня обертку и спрятал в карман.

Ровно обрезанный хлебный квадратик был намазан не то маргарином, не то каким-то другим эрзацем.

Я перевернул хлеб намазанной стороной вниз, чтобы не было крошек, а немец что-то проворчал и отбивно махнул рукой в сторону дверей.

* Ну чего ты еще ждешь? Кушай свой завтрак! (нем.)

Таких бутербродов я мог съесть тогда дюжин пять. Немец неотрывно и пристально смотрел мне в лицо, и мне надо было откусывать хлеб микроскопическими дольками, неторопливо и долго жевать, а потом бесстрастно глотать, чтобы не вытягивалась шея и не ерзал кадык.

— Шмект эс?*

Ему не надо было это спрашивать: не мог же я раболепно соглашаться, если ел так безразлично и лениво.

— Гут? — не унимался немец.

— Ну гут, гут! — сказал я. В бараке стояла какая-то враждебная мне тишина. Иван плашмя и молча лежал на своем месте, и глаза его тлели, как угли в золе.

— Не дури там! Я помню! — сказал я. К тому времени от хлеба осталась ровно половина, но я подравнял еще немного углы и, когда бутерброд округлился, как коржик, рывком спрятал его в нагрудный карман.

— Цу миттаг?** — недоверчиво спросил немец и поглядел на нары, где лежал Иван.

Источник: https://www.rulit.me/books/nemec-v-valenkah-read-52388-2.html

Константин Воробьев — Немец в валенках

Воробьев Константин

Немец в валенках

Константин Дмитриевич Воробьев

НЕМЕЦ В ВАЛЕНКАХ

Тогда в Прибалтике уже наступала весна. Уже на нашем лагерном тополе набухали почки, а в запретной черте — близ проволочных изгородей проклевывалась трава и засвечивались одуваны.

Уже было тепло, а этот немец-охранник явился в наших русских валенках с обрезанными голенищами и в меховой куртке под мундиром. Он явился утром и дважды прошелся по бараку от дверей до глухой стены: сперва оглядывал левую сторону нар, потом правую,кого-то выиски-вал среди нас.

Он был коренастый, широколицый и рыжий, как подсолнух, и ступал мягко и врозваль, как деревенский кот.

Читайте также:  Краткое содержание вальтер скотт пуритане за 2 минуты пересказ сюжета

Мы — сорок шесть пленных штрафников — сидели на нижних ярусах нар и глядели на ноги немца,- эти сибирские валенки на нем с обрезанными голенищами ничего не сулили нам хорошего. Ясно, что немец воевал зимой под Москвой.

И мало ли что теперь по теплыни взбрело ему в голову и кого и для чего он тут ищет! Он сел на свободные нары, закинул ногу на ногу и поморщился. Я по себе знал, что отмороженные пальцы всегда болят по теплыни. Особенно мизинцы болят… Вот и у немца так.

И мало ли что он теперь задумал! Я сидел в глубине нар, а спиной в меня упирался воентехник Иван Воронов,- он был доходяга и коротал свой последний градус жизни.

У нас там с Вороновым никогда не рассеивались сумерки,- окно лепилось над третьим ярусом, и все же немец приметил нас, точнее, меня одного. Он протянул по направлению ко мне руку и несколько раз согнул и расправил указательный палец.

Я уложил Ивана и полез с нар.

Там и пространства-то было на четыре вольных шага, но я преодолел его не скоро: немец сидел откинувшись, держа ноги на весу и глядя на меня с какой-то болезненно брезгливой гримасой, а мне надо было балансировать, как бы табанить то правой, то левой рукой, чтоб не сбиться с курса, чтоб подойти к нему по прямой. Я не рассчитал и остановил-ся слишком близко от нар, задев поднятые ноги немца своими острыми коленками. Он что-то буркнул — выругался, наверно,- и отстранился, воззрившись на мои босые ноги с отмороженны-ми пальцами. Я стоял, балансировал и ждал, и в бараке было тихо и холодно. Он что-то спросил у меня коротко и сердито, глядя на ноги, и я отрицательно качнул головой,- мы знали, что охран-ники и конвоиры особенно усердно били доходят, больных и тех, кто хныкал, закрывался от ударов и стонал.

— Шмерцт нихт?* — спросил немец и посмотрел на меня странно: в голубых глазах его, опушенных белесыми ресницами, было неверие, удивление и растерянность.- Ду люгст, менш!** — сказал он. Я понял, о чем он, и подтвердил, что ноги у меня не болят.

Он мог бы уже и ударить,- я был готов не заслоняться и не охать, а на вопросы отвечать так, как начал. Ожидание неминуемого — если ты в плену и тебе двадцать два года — главнее самого события, потому что человек не знает, с чего оно начнется, сколько продлится и чем закончится, и я начал уставать ждать, а немец не торопился.

Он сидел, о чем-то думал, странно взглядывая на меня и поддержи-вая на весу свои ноги в валенках с обрезанными голенищами. В бараке было тихо и холодно. Наконец немец что-то придумал и полез рукой в правый карман брюк. Я расставил ноги, немного наклонился вперед и зажмурился,- начало неминуемого было теперь известно. Оно тянулось долго, и.

когда немец что-то сказал, я упал на него, потому что был с закрытыми глазами и звук его голоса показался мне глохлым эхом конца события. Немец молча и легко отвалил меня в сторону, и я побарахтался сам с собой и сел на край нар. В бараке было очень тихо и холодно.

Наверно, Воронов видел, как я подходил к немцу, и теперь сам двигался к нам тем же приемом будто плыл. Он глядел мне в лоб,- может, ориентир наметил, чтоб не сбиться с курса, и глаза у него были круглые и помешанно-блестящие.

Немец не замечал Воронова, пробуя склеить сигарету,- я поломал ее, когда упал на него, а Иван все шел и шел, табаня то правой, то левой рукой. Я не знал, что замыслил мой друг доходяга. Управившись с сигаретой, немец увидел Воронова и сперва махнул на него рукой, как кот лапой,- перед своим носом, а затем уже крикнул:

* Не болит? (нем.)

** Ты лжешь, человек! (нем.)

— Цурюк!

— Иди назад! — сказал я Ивану.

— А… ты? — за два приема выговорил он, по-прежнему глядя мне в лоб сумасшедшими глазами.

— Я тоже приду,- сказал я.

— А он? Чего он?

— Форт! — крикнул немец и махнул рукой перед своим носом.

— Иди к себе! Скорей! — сказал я, и Воронов округло повернулся, и его повело куда-то в сторону от нашего с ним места в углу нар. Зажигалка у немца не работала,- наверно, камушек истерся или бензин иссяк, и он все клацал и клацал, не упуская из вида Ивана,- опасался, может, что того завернет сюда снова.

Воронов добрался до места и лег там животом вниз, уложив по-собачьи голову на протянутые вперед руки. Он глядел мне в лоб. В сумраке нар глаза его блестели, как угли в золе, и немец издали опять махнул на них кошачьим выпадом руки, а Иван тоненьким — на исходе — голосом сказал: — Хрен тебе… в сумку.

— Вас вюншт дизер феррюктер?* — спросил немец. Возможно, он произнес не эти слова,- я ведь не знал по-немецки, но он спрашивал о Воронове, и я ответил, тронув свой кадык:

  • — Он просит пить.
  • Немец наморщил лоб, глядя на мой рот, и понял:
  • — Вассер?**
  • — Да,- сказал я.
  • — Бекомт ир денн кайн вассер?***
  • — Нет,- понял я.
  • — Шайзе! — негромко и мрачно выругался немец, а Иван попросил меня рвущимся подголоском:

— Саш, скажи ему… хрен, мол, в сумку!

* Чего хочет этот сумасшедший? (нем.)

** Вода? (нем.)

*** Вы не получаете воды? (нем.)

Он сулил ему не хрен, а совсем другое, что, как казалось ему, не лучше стужи под Москвой, я кивнул, обещая, и Воронов притих и перестал блестеть глазами. Немец закурил, но сигарета плохо дымилась, потому что была поломана, и он протянул ее мне.

Я зажал на ней надрыв и затянулся до конца вдоха. Сигарета умалилась до половины, а я подумал, что Ивану хватит «тридцати», и затянулся вторично. Я видел, что немец ждет, когда я выдохну дым, но его не было — осел там, во мне.

Барак, нары, ждущий немец поплыли от меня, не отдаляясь, прочь, и в это время Иван позвал, как из-за горизонта:

— Саш! Двадцать… Ладно?

— Ецт вилл эр раухен?*- спросил немец, показав на Ивана и на сигарету. Я подтвердил, а немец удивленно выругался. Я решил, что проход в нем и было-то каких-нибудь четыре вольных шага! — надо преодолеть падением вперед, тогда ноги самостоятельно обретут беговой темп и меня не уведет в сторону.

Воронов ожидал меня не меняя позы, только растопырил указательный и средний пальцы правой руки — приготовился. Я вложил между ними окурок и подождал. Иван затянулся и зажмурился,- поплыл, наверно, вместе с бараком, и тогда я оглянулся на немца.

Он некоторое время смотрел то на мой лоб, то на ноги, потом позвал, но не пальцем, как раньше, а в голос.

Источник: https://libking.ru/books/prose-/prose-rus-classic/62094-konstantin-vorobev-nemets-v-valenkah.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector