Краткое содержание кауфман вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжета

Краткое содержание Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжета Книга, которая актуальна уже не один десяток лет. Книга, которую определенно стоит прочитать каждому человеку, который учится на педагогическом. Книга — настоящая легенда среди учителей.

Роман, конечно, слишком своеобразный, и понравится далеко не всем… Но и равнодушным он не оставит никого, это точно!

Краткое содержание Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжета Рассказ идет от лица Сильвии Баретт — молодой и очень амбициозной учительницы английского языка и литературы. И несмотря на то, что школа находится в Нью-Йорке, от наших она отличается едва ли.

Повествование немного обрывочное, поскольку ведется то в письмах, то в диалогах учеников, то в школьных переписках… но суть романа от этого не теряется. А все потому, что Бел Кауфман (автор) не планировала писать полноценный роман, она хотела сделать всего один рассказ.

Но вот у издательства, куда она отнесла его на печать, были другие планы — они предложили ей щедрый аванс, если она из рассказа создаст полноценный роман. Бел согласилась, но когда одумалась, было поздно — аванс был безвозвратно растрачен. Делать нечего, и она села писать.

Отсюда и «отрывочность», чувствуется, что автор привык к небольшим рассказам, а не к большому цельному тексту. Но воспринимать сюжет это совершенно не мешает — все идет легко, как по маслу. По крайней мере я читала без запинки, даже с упоением.

Моя мама всю жизнь работала учительницей русского языка и литературы и я, будучи маленькой, часто ходила с ней на уроки. И как же роман напомнил мне ее!.. Вся эта бумажная волокита, ученики, канцелярия… Это настолько правдоподобно, настолько актуально до сих пор, что даже пугает.

А еще хотелось бы отметить легкий и ненавязчивый юмор автора, который всегда так уместен в тексте! Его не слишком много, он не приторный, и греет душу. Да и сам язык очень богат и красив — читаешь с упоением каждую буковку, запоминая, пережевывая…

Лично меня после прочтения накрыла волна ностальгии — вспомнила всех своих учителей (хороших и не очень) и, как ни странно, поняла каждого из них. Кто-то любил свою профессию всем сердцем, кто-то просто исполнял свой долг. И каждого учителя я узнала в героях романа.

Нужно ли говорить, что главный персонаж напомнил мне мою маму? Такая же молодая, желающая помочь и научить. И чтобы не абы как, а интересно, с изюминкой! И это действительно огромный талант. И таких учителей нужно ценить, любить и уважать.

А не закапывать в горе канцелярии, убивая всю индивидуальность и сострадание.

Определенно рекомендую к прочтению! Каждому, вне зависимости от пола, возраста, карьеры. И приятного чтения!

Краткое содержание Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжета

Источник: https://irecommend.ru/content/znaete-li-vy-uchitelei-uvereny

Вверх по лестнице, ведущей вниз – краткое содержание романа Кауфман (сюжет произведения)

Краткое содержание Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжета

Бел Кауфман – Вверх по лестнице, ведущей вниз краткое содержание

Бел Кауфман — американская писательница, чье имя хорошо известно читателям во всем мире. Славу Бел Кауфман принес роман «Вверх по лестнице, ведущей вниз».

Роман о школьниках и их учителях, детях и взрослых, о тех, кто идет против системы.

Книга начинается словами «Привет, училка!» и заканчивается словами «Привет, зубрилка!», а между этими двумя репликами письма, письма, письма — крики людей, надеющихся, что их услышат.

Вверх по лестнице, ведущей вниз – читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

ВВЕРХ ПО ЛЕСТНИЦЕ, ВЕДУЩЕЙ ВНИЗ

Посвящается Tea и Джонатану

Дорогой читатель, ты держишь в руках роман «Вверх по лестнице, ведущей вниз», с которым советские люди познакомились еще в 1967 году, когда он был напечатан в июньском номере журнала «Иностранная литература».

Мне говорили, что в вашей огромной стране мой роман прочли более восьми миллионов человек, передавая друг другу, записывались в очередь и месяцами ждали, когда зачитанный до дыр журнал наконец дойдет до них.

Прошло более двадцати лет, мою книгу будет читать уже другое поколение, и я хочу сказать несколько слов моим новым читателям.

Однажды на курорте, когда я, раздевшись, спустилась в большой бассейн с горячей водой, где плескались две или три женщины, тоже без купальных костюмов, одна из них закричала, указывая на меня пальцем: «А вы моя бывшая учительница по английскому! Никогда не видела голую учительницу!» Вот так и я сейчас предстану перед вами во всей моей наготе, не прячась за звучащие на бумаге голоса моих героев.

Когда я в 1968 году приехала в вашу страну по приглашению Союза советских писателей, чтобы познакомиться с вашими школами, у меня сложилось впечатление, что мой роман читали все.

Потом я рассказала в бюллетене американского ПЕН-центра, как московский таксист, узнав, кого он везет, пришел на следующее утро ко мне в гостиницу с обтрепанным номером журнала и попросил автограф. В Киеве официантка обняла меня, поцеловала и начала рассказывать, какое удовольствие ей доставила моя книга.

Директор школы № 752 подарила мне банку домашнего варенья. В Ленинграде один двенадцатилетний мальчик сказал мне: «Все как у нас» — но, конечно же, у вас совсем не так, как у нас.

Многое изменилось в мире за последние двадцать лет, но, судя по всему, эта книга в ее новенькой обложке не устарела.

Она столь животрепещуще остра, что мои нью-йоркские издатели готовятся отметить ее двадцатипятилетний юбилей.

Проблемы в наших школах все те же, только еще углубились; они уже касаются не только содержания и методов обучения, но приобрели социальный характер. Мой вымысел предвосхитил мрачную действительность сегодняшнего дня.

Я никогда в жизни не собиралась писать роман, и уж тем более роман, который будут называть «классическим романом о школе». Думала ли я, что произвожу переворот в школьном образовании, — мне просто казалось, что я пишу о любви.

Роман вырос из рассказа на трех страницах, который состоял из обрывков записок, якобы найденных в мусорной корзине в одном из классов нью-йоркской средней школы, — смешно смонтированные вперемешку, они показали, какой хаос и неразбериха царят в этой школе, как упорно бюрократическое равнодушие прикрывается косноязычной риторикой, как отчаянно звучат немые крики о помощи и как самоотверженно одна-единственная учительница пытается изменить судьбу хотя бы одного-единственного подростка.

Два журнала отвергли рассказ, сочтя его слишком специфичным и решив, что он отпугнет читателя необычным типографским оформлением.

Но я не пала духом и послала рассказ в «Сатердей ревью оф литерачер», которое и напечатало его 17 ноября 1962 года. Помню, как ошарашили меня рисунки-карикатуры, которыми журнал иллюстрировал рассказ.

Ну вот, подумала я, увидит их читатель и решит, что это раздел юмора. Однако я ошиблась.

В первый же день, как журнал появился в киосках, один предприимчивый издатель предложил мне сделать из него роман. Я сначала отказалась: я пишу только рассказы, романы сочинять не умею; к тому же, как мне казалось, в этом крошечном рассказе я сказала все, что можно было сказать. Но он соблазнил меня авансом, и я этот аванс истратила. Чувство вины и подвигло меня написать книгу.

Началось самое трудное: надо было вылепить характеры, пользуясь тем же приемом, который я применила в рассказе: сочинить великое множество писем, объяснительных записок, циркуляров и распоряжений, которые обрисуют учеников, учителей, родителей и дирекцию ярче и живее, чем мои собственные слова.

Пришлось ввести в роман молодую учительницу-идеалистку, которая бунтует против всего мертвящего и уничтожающего человеческое достоинство, что есть в школьной системе, и хотя бы штрихами обозначить жизнь ребят вне школы. «Его мать не может прийти будучи умершей.

Пожалуйста, извините», — сообщалось в одной из родительских записок.

Все забывается. Книга смешная, и потому мне вскоре стало казаться, что писала я ее легко и весело. Помню, как я смеялась, когда придумывала нелепости вроде: «Опоздание по отсутствию» или «Нижеследующим пренебречь». А однажды ночью я проснулась и стала хохотать — я придумала фразу, которую мальчишка мог сказать об «Одиссее»: «Такую муру я бы и собаке не дал читать!»

Говорят, что книга читается легко, но на нее ушло полтора года тяжелейшего, каторжного труда.

Когда я заглядываю в исчерканную вдоль и поперек рукопись романа, я вижу, как мучительно искала точного слова, верной интонации, как безжалостно вымарывала я текст, добивалась выразительности, — например, глава о расовых предрассудках сократилась в конце концов до одного-единственного параграфа, а от параграфа в последнем варианте остался лишь вопрос: «А вы можете угадать по моему почерку, белый я или нет?»

Мои герои выкристаллизовывались, обретали плоть и кровь: остряк, потешающий весь класс; карьерист; рано созревшая девушка, терзаемая сексом; черный паренек-задира; пуэрториканец, которому в конце концов удается преодолеть свою застенчивость; некрасивая девочка, которая понемногу начинает обретать себя. Чтобы дать им возможность высказывать свои мысли, я придумала «Ящик пожеланий»; одинокий мальчик положил в него письмо, в котором поздравил себя с днем рождения.

Источник: https://mirvdochnoveniya.ru/kratkoe-soderzhanie/vverh-po-lestnicze-vedushhej-vniz-kratkoe-soderzhanie-romana-kaufman-syuzhet-proizvedeniya

“Вверх по лестнице, ведущей вниз”, Бел Кауфман

Краткое содержание Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз за 2 минуты пересказ сюжетаБел Кауфман – американская писательница, чье имя хорошо известно читателям во всем мире. Славу Бел Кауфман принес роман «Вверх по лестнице, ведущей вниз». Роман о школьниках и их учителях, детях и взрослых, о тех, кто идет против системы. Книга начинается словами «Привет, училка!» и заканчивается словами «Привет, зубрилка!», а между этими двумя репликами письма, письма, письма – крики людей, надеющихся, что их услышат.

Мы все учились в школе. И у нас были любимые учителя и учителя, которых мы ненавидели. Но в школьные годы мы никогда не задумывались, а как это быть учителем? Хорошим учителем? Не в качестве детской мечты — «Хочу быть учительницей», а на самом деле.

Каждый день приходить в класс и отдавать себя в надежде, что этот вклад не пропадет впустую, а вернется сторицей в виде полученых учениками знаний, заинтересованной тишины в классе, благодарности от взрослых, уже отучившихся, учеников, которые будут помнить хорошего учителя всю жизнь.

В этой книге один год из жизни учительницы, молодой и еще не очень опытной, которая изо всех сил хочет быть именно хорошей учительницей, а не просто отбывать свои уроки, как повинность. Она тонет в море бюрократии, но при этом не теряет чувства юмора и становится для своего класса учителем с большой буквы.

Книга составлена из писем, рапортичек (слово из книги), разнообразных обьяснительных и указаний, записок от учеников и их родителей. Многие очень смешные, а многие трогательные и наивные.

Они вас испытывают. Сначала заставьте их почувствовать, что хозяйка — Вы, а свою доброту успеете показать потом.

«Пропуска на досрочный уход домой» и «Постоянного пропуска к питьевому фонтанчику» не существует.

* * *
ОТ: Сильвии Баррет.
Доктору Сэмюелу Бестеру.
Уважаемый доктор Бестер!
Направляю Вам списки моих пяти классов. Оказалось, что нагрузка у меня — 223 ученика в день, то есть в среднем не по 33 человека, а по 443 /5 на класс.
И еще.

В читальном зале нет «Мельницы на Флоссе» — только «Юлий Цезарь», да и то не на весь класс.
С. Баррет.
* * *
ОТ: Доктора Сэмюела Бестера, заведующего учебной частью по языку и литературе.
КОМУ: Мисс Баррет.
Уважаемая мисс Баррет!
Пусть это вдохновит Вас на подвиг.
С. Бестер.

Я отстаю потому, что занятия идут слишком быстро, чтобы я мог все запомнить. Нельзя ли читать немножко помедленнее.

Второгодник.

Вы умеете одеваться, ваши вещи все вам очень идут, особенно красный костюм. Других жалоб у меня нет.
Я еще никогда не встречала такого чувства юмора, как в вас. Вы делаете уроки смехотворными.

Третий ряд.

«Привет, училка, вы вернулись?» — здоровается со мною один из моих мальчишек.
«Я не „училка“, а учительница. И у меня есть имя. Тебе бы понравилось, если б я обратилась к тебе: „Привет, зубрилка!“?»
«Еще как!»
«Почему?»

«Значит, вы наша».

Я хочу быть «их», но им нужны конкретные доказательства этого. Как у Грэйсона. Совсем случайно (ребята поклялись ему хранить тайну) я обнаружила его секрет. Оказывается, в своем подвале он открыл что-то вроде домашней кухни, кассы взаимопомощи, аптеки, ночлежки и агентства по найму.

Пока все мы были заняты своими параграфами и характеристиками, он кормил ребят сандвичами, ссужал их деньгами, находил для них приработки и сам давал подработать. Даже незаконно оставлял ночевать в подвале временно бездомных.

В общем, делал все, чтобы оторвать их от улицы, от ее дурного влияния.

Источник: http://interesnyeknigi.ru/recenzii/vverx-po-lestnice-vedushhej-vniz-bel-kaufman/

«Вверх по лестнице, ведущей вниз» Бел Кауфман: скачать fb2, читать онлайн

«Вверх по лестнице, ведущей вниз» — это самая правдивая книга о школах, которую я когда-либо читал. А также самая грустная, несмотря на попытки автора улыбаться сквозь слёзы.

Для человека, в жизни которого школа была только на этапе обучения, здесь, вероятно, будет много поводов посмеяться, но мне тяжело представить себе учителя, который смеялся бы над тем, что для него было или есть печальной реальностью.

Вся система образования – это безумие. Научите детей, но вот вам учебники, которые давно пора отправить в мусорный бак, желательно вместе с автором, который никогда в жизни, судя по всему, с детьми не работал. Заполните, пожалуйста, эти сто тысяч формуляров на вчера, но распечатайте где-нибудь ещё, потому что в школе снова закончилась бумага.

Мел, кстати, тоже закончился, не забудьте купить. Было бы неплохо, если бы вы немного и для школы принесли.

Читайте также:  Краткое содержание цветаева приключение за 2 минуты пересказ сюжета

Вы решили забрать домой контрольные, чтобы проверить в спокойной обстановке? О, но ведь это же значит, что вы в выходной свободны, какая удача! Придите, пожалуйста, помочь с проводкой, покраской стен, поклейкой обоев, раскопкой динозавров, бессмысленным переносом старых парт из одного кабинета в другой, потому что выкинуть жалко.

Вы любите семинары? Это чудесно, сходите, пожалуйста, вместо учителя N и послушайте какую-то совершенно не нужную вам информацию про вычисление интегралов, а то учитель N идёт вместо учителя NN слушать про преподавание литературы африканским аборигенам.

Ну и что, что у нас нет африканских аборигенов? Зато там дадут сертификат, который можно будет подшить в личное дело! В конце недели у нас будет, кстати, проверка из района, из города, из области, из Министерства образования внеземных цивилизаций, санэпидемстанция, пожарные, цирк, театр и культпоход.

Что вы говорите? Так много проверок, что кажется, будто мы занимаемся наркоторговлей или ночами грабим банки? Кстати, о банках. В этом полугодии каждому придётся брать несколько дней за свой счёт. Ну так, немножко, по недельке в месяц, что вам стоит? Но работать мы будем ходить и дальше, сами ведь понимаете, нужно страну поддерживать.

А, и ещё, я тут такую штуку классную придумал: сегодня у нас будет педсовет, на котором часть учителей будет читать доклады, которые им совершенно не хочется читать, а вторая часть будет их слушать, хоть им и совершенно не хочется слушать. А в следующий раз поменяемся! Здорово же, как разнообразит монотонную жизнь коллектива! А после двух часов выступлений мы ещё проведём совещание, чтобы вы по пути домой могли полюбоваться звёздами. Что ж вы расстраиваетесь сразу? Помните: это всё для детей, только для детей. Нет, я пока не готов ответить, как именно это поможет детям, но не ваша задача об этом думать, ваша задача помнить, что дети – наше будущее. И что деньги на 8 марта нужно сдать до вторника.

Это своеобразный тест, который позволяет определить, работали вы или не работали в школе.

Если это вам покажется забавным или неправдоподобным, скорее всего, ваше общение со школой ограничилось учёбой и вы до сих пор живёте с мыслью, что работа учителя – это рай на земле, в котором работают всего часов до 3 дня и отдыхают на каникулах.

Если же вы понимаете, как всё обстоит на самом деле, поздравляю, вы учитель. И если вы всё ещё не читали книгу Бел Кауфман, то самое время это сделать.

Я проработал в одной из гимназий города три года и около 70% книги были для меня подобны возвращению в прошлое.

И это при том, что наше учебное заведение считалось довольно неплохим, всегда входившим в тройку лучших района, что подразумевает, что и дети у нас были хорошие.

Были, конечно, и неблагополучные семьи, были дети, которые требовали особого, аккуратного отношения из-за проблем со здоровьем, но до всех можно было достучаться, и к чести людей, которые работали со мной, хочу сказать, что многие действительно делали всё, что могли.

Сейчас, уже полгода проработав в совсем другом месте в условиях полной свободы действий и творчества, не обременённой бумагомарательством, довольно тяжело было мысленно возвращаться к тем людям, которые до сих пор пытаются бороться с нашей системой образования. Иначе это не назовёшь.

Бел Кауфман, конечно, рисует условия школ, в которых всё гораздо хуже, чем было в моей практике. Плюс – часть проблем непривычна для наших реалий, как, скажем, расизм. Но всё остальное – это правда. А что самое ужасное, правда не только для нас и не только для американцев, а для всего мира.

Я своими глазами видел, как в полных энтузиазма людях просто убивали тягу к профессии. Если быть до конца откровенным, то, уволившись, я и сам был уверен, что больше никогда не свяжу свою жизнь с обучением.

Всё решила воля случая, а скольким из нас случай понять, что может быть иначе, что можно действительно любить свою работу, не выпадает? Не понятно лишь, зачем это делают со школами, да ещё под лозунгами «всё для детей», которые больше похожи на «всё, чтобы добить учителей».

Как бы там ни было, после прочтения я жалею лишь об одном: книга, которая в своё время произвела фурор, не смогла изменить мир. Сколько времени прошло с 65-го года? Около 50 лет, а книга всё ещё актуальна. Прискорбно, что наша реальность всё ещё слишком напоминает движение вверх по лестнице, ведущей вниз.

Здесь стоило бы писать больше о книге и меньше о личном опыте, и массу чудесных рецензий вы найдёте здесь. Но, извините, бывают произведения, рецензии на которые становятся неизбежно личными.

Источник: https://topliba.com/books/539587

Бел Кауфман «Вверх по лестнице, ведущей вниз»

«Привет, училка! Привет, зубрилка!» — этот диалог стал, говоря современным языком, слоганом книги.

Роман в фразочках, письмах, записках, отрывках из сочинений и канцелярских циркуляров о молодой учительнице литературы и ее не самых легких в общении учениках. Роман, в котором смех сквозь слезы и, не смотря ни на что, оптимистичный финал.

Входит в:

— антологию «Последний дюйм», 1994 г.

 1989 г. 1994 г.
Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке

Elessar, 6 февраля 2013 г.

Милая, но наивная и абсолютно ненастоящая книга. То ли время сейчас другое, то ли ещё что, вот только вопреки обещаниям во вступлении я так и не узнал в героях ни себя, ни какие-то знакомые мне со школьных времён реалии. Видимо, учителя вроде мисс Сильвии понемногу вымерли, а никто и не заметил.

Это же на самом деле сизифов труд, вот сами подумайте: на одного только Джо Фероне у героини уходит уйма нервных клеток, а добиться от него толку так и не получилось. Бедная Сильвия так трогательно пытается хоть что-то сделать в своём классе, хоть чуть подтолкнуть своих учеников на правильную дорогу.

Но против её трогательных надежд и стараний — целый жестокий мир по ту сторону разбитого школьного окна.

Некрасивую девушку так и будут называть дурнушкой, чернокожий паренёк не избежит дискриминации, симпатяга пуэрториканец со всеми своими талантами и тягой к чтению неминуемо попадёт на фабрику и будет работать день и ночь, чтобы было, на что кушать.

Семестр непрерывной борьбы за сердца детей — и что на выходе? Аморфная масса мелькающих безликих имён, пара-тройка запомнившихся читателю учеников, волчонок Фероне, которому прямая дорога в уличную банду. А ведь Сильвия сделала всё, что могла, от и до. Нелепо требовать от учителя большего — почти сорок человек пару часов в день, где уж тут разглядеть в каждом личность, добраться до живой настоящей души.

Книжка, конечно, подкупает этой своей умилительностью, но примерно так же, как сказка, где непременно «жили они долго и счастливо». Так не бывает. Те немногие, что пытаются всерьёз делиться с учениками теплом — выгорают, срываются. Безликий профессионал, который способен только качественно учить — уже здорово.

У меня были психи, алкоголики, отыгрывающиеся на детях за какие-то свои неудачи истерички. И была именно что такая же средненькая школа, где не лучше — не хуже, а всё как у всех. Школа — такой конвейер, где всё живое прогребено под тоннами рапортичек и канцелярщины. Допускаю, что в колледже, куда совесть так и не позволила сбежать Сильвии, всё совсем не так.

Там и диалог с учениками на равных, и маленькие семинарские классы на восемь человек, где действительно есть возможность донести нечто большее, чем материал из плана. Там нет равнодушия и пустоты, а есть настоящие учителя и наставники. Может быть. Но в школе, на которую героиня обрекает себя, этого точно не будет.

Ей и её классу осталось — сколько? Год — другой, и всё, ученикам пора на выпуск, а ей новую порцию косноязычных лоботрясов. Повезёт — дослужится до привилегии преподавать способным ученикам, как её старшая подруга Беа. Но это ещё нескоро, а пока долгие годы наедине с очередными фероне.

И никакой личной жизни (алкоголик Барринджер не в счёт, конечно), и никаких перспектив в науке, хотя всё когда-то было в руках. Однажды бедняга Сильвия просто потухнет, как тот же умница Бестер. В жизни сказки кончаются именно так. Но книга всё же хороша и формой, и языком, хотя и насквозь идеалистична.

nomill, 12 июня 2017 г.

Сам работаю учителем — пусть и преувеличенно, но описанное в книге действительно изображает нашу реальность. Дети, у которых в одном месте моторчик и не могут усидеть даже минуту спокойно. Документация, которой настолько много, что если всю ее делать, не хватит и 24 часов в сутках для 100% заполнения.

Начальство, требующее от учителей всего и сразу: заполните то, укажите это, предоставьте отчет и в таком духе, а правильное воспитание и обучение остается на последнем месте.

Коллеги с опытом уже давно стали равнодушными к школьным будням, а молодые, так сказать «зеленные» учителя — постоянно в истерике и панике.

В общем, автор ярко показала учебную структуру во всей ее красоте.

sam0789, 20 марта 2018 г.

Каждый из нас учился в школе. Был учеником. Нам знаком этот мир. Но только с одной стороны! Честно – никогда не задумывалась, как видят школу учителя? Ведь не только ученики выживают, но и, получается, что учителя….

Очень необычное повествование… Переписка учителей, служебки, записки учеников, письменные ответы учеников.. Но не теряешься во всем этом!

Пришла новенькая учительница, мисс Баррет. Она только только окончила учебное заведение, опыта у нее еще никакого. Она полна иллюзий! Но может именно это и помогло ей сблизиться со своими учениками! Она смогла наладить с ними связь, она смогла понять их… А дети – они всё чувствуют 🙂 И пусть по своему, но они любят мисс Баррет 🙂

Очень улыбнул момент когда у учительницы – плановое школьное собрание! А она не успела толком познакомиться со всеми своими учениками! И вот к ней подходит мама, и спрашивает об успехах своего сына! А мисс Баррет не может его вспомнить 🙂 Начинает говорить общими фразами, на ходу пытаясь вспомнить о каком же учение речь?! А оказывается ученик вообще не её 🙂 На самом деле это улыбает потом, когда сидишь и маме/подруге вечером это рассказывавешь 🙂 Можно представить это чувство, если поставить себя на место мисс Баррет – ведь все мы попадали в какие-нибудь неловкие ситуации 🙂

И очень тронуло, как дети писали учительнице в больницу, просили вернуться… А тут еще мисс Баррет нашла себе место в другой школе….

Книга получилась очень интересная! Погружающая по полной в школьную жизнь.

Подписаться на отзывы о произведении

Источник: https://fantlab.ru/work281299

Эссе: Американская школа в романе Бел Кауфман "Вверх по лестнице, ведущей вниз"

  • Российский Университет Дружбы Народов
  • Факультет гуманитарных и социальных наук
  • роман баррет американский общество
  • Эссе на тему:
  • Американская школа в романе Бел Кауфман «Вверх по лестнице, ведущей вниз»
  • Москва, 2011

Роман американский писательницы Бэл Кауфман «Вверх по лестнице, идущей вниз» произвел на меня глубокое впечатление. Он совсем не похож на то, что я обычно читаю. Но я ни капли не пожалела, что из списка предложенной для творческой работы литературы выбрала именно его.

Честно говоря, меня заинтриговало название. В предисловии автора сказано, что Б. Кауфман позаимствовала его из докладной записки о поведении одного из учеников: «Задержан мною за нарушение правил: шел вверх по лестнице, ведущей вниз», составленной однажды администратором школы, где преподавала писательница.

И хотя эта фраза вызывает у российского читателя недоумение, звучит абсурдно, в ее основе лежит простое практическое соображение. В американских школах, чтобы избежать толчеи и соответственно детских травм, по одним лестницам разрешалось только подниматься наверх, по другим — только спускаться вниз.

Но главное — это иносказательный смысл заглавия. В аннотации к книге сказано, что оно означает невозможность достижения цели, если выбраны неправильные средства.

Но для меня смысл другой: как можно подняться вверх, преодолев все трудности, сложности и препятствия, несмотря на то, что сама лестница (школьная система) находится в столь плачевном состоянии, что по ней можно только скатиться вниз.

Автор, сама учительница, описывает школу изнутри. Это произведение принято относить к юмористическому жанру. Если бы меня попросили описать его одним словом, я бы сказала «карикатура».

И действительно, нарочито яркие образы героев с заостренными специфическими чертами очень сильно напоминают персонажей изображений. Также как карикатуры отображают проблемы общества, «Вверх по лестнице, ведущей вниз» выявляет проблемы школьной системы.

В предисловии автор пишет о том, что ей приходили письма от учеников и учителей, узнававших во время чтения себя и свою школу.

Главный герой романа — молодая учительница Сильвия Баррет — приходит работать в школу имени Калвина Клуиджа и сталкивается с тем, что знания, полученные в университете, она едва ли может применить на практике. Оторванность дисциплин высшей школы от действительности — это первая проблема, с которой ей приходится столкнуться.

Мисс Баррет всеми силами борется с постоянным потоком канцелярщины.

Читайте также:  Краткое содержание осборн оглянись во гневе за 2 минуты пересказ сюжета

Школа буквально завалена бесконечным количеством предписаний, указаний, циркуляров на разноцветных бланках для классных наставников, предметников, советников, заведующих учебной частью, администрации, канцелярских работников, тренеров, школьной медсестры и хранителя здания.

Все эти бумаги нужно хранить в делах под порядковыми номерами и неукоснительно исполнять то, что в них прописано. Сильвии приходится учить непонятный язык, которым составляются все распоряжения.

«Привить прививки; привести всех учеников, не пришедших в школу; игнорировать нижеследующее», — эти фразы слабо напоминают об официальной документации и скорее вызывают улыбку. Больше всего мне понравился вечный призыв администрации школы: «Пусть это вдохновит вас на подвиг» — сделайте то, что невыполнимо.

И вот Сильвия Баррет начинает совершать свои подвиги. Главный из них — преодолеть недоверие со стороны своих учеников. Как новенькая и не заслужившая особых привилегий она сразу же получает класс ОО (особо отстающих).

Эти дети брошены всеми учителями, преподавательский состав постоянно меняется. Им никого не удается, не только полюбить, они даже не успевают ни к кому привыкнуть. Нетрудно понять их озлобленность и настороженность по отношению к Сильвии: их же постоянно бросают.

А ведь этих детей нельзя бросать — они, как никто другой в этой школе нуждаются в помощи. Большинство из так называемых особо отстающих — дети из неблагополучных семей.

Дома у них полно проблем: кого-то бьют родители, кто-то работает в ночную смену, у некоторых нет письменного стола чтобы приготовить уроки. Но за это их только подвергают наказаниям. О каком взаимопонимании может тогда идти речь?

Единственным человеком, которому доверяют дети, которого они «считают главным» — хранитель здания.

В своем подвале под строжайшей тайной «он открыл что-то вроде домашней кухни, кассы взаимопомощи, аптеки, ночлежки и агентства по найму».

Там ученики получают то, в чем действительно нуждаются: еду, помощь в поиске работы, а иногда и крышу над головой — реальную поддержку. Ничего из этого не оказываются способными дать ни учителя, ни родители.

Одним родителям и вовсе плевать на своих детей, другие давно опустили руки и не могут справиться с подростками. Вспоминается фраза одной мамы пришедшей на день открытых дверей к мисс Баррет «Сделайте с моим сыном что-нибудь! Вы же учительница!» Таким образом, огромная ответственность не только в образовании, но и в воспитании ложится на плечи учителей.

Но как же им делать это, если для этого нет никаких условий. Вся школьная организация этому противоречит.

Как говорится, рыба гниет с головы. Директор, оторванный от школьных дел, появляется лишь иногда и пичкает всех своими пустыми речами об образовании и его роли в достижении демократии. Создается впечатление, что он существует только для видимости.

Да и о его умственных способностях приходится задуматься, когда он в одной из своих речей на излюбленную тему произносит: «В большей или меньшей мере мы, каждый из нас, вносим свой вклад в общее благосостояние — и те, кто за троном, и те, кто на троне, — что и является высшей целью демократии в действии».

Становится немного не по себе и непроизвольно начинаешь искать соответствия между наличием трона и наличием демократии.

Фактическая власть в школе принадлежит администратору Макхаби. Это помешанный на дисциплине, школьный тиран, требующий подчинения правилам, строчащий направо и налево приказы в сотне экземпляров. Сильвия сразу признает его своим врагом. Между ними развязывается настоящая война.

Сначала Макхаби вызывает только отторжение, но в процессе чтения, отношение к нему постепенно изменяется. В одном из эпизодов переписки между учителями говорится о том, что до прихода Макхаби в школе царил полный хаос, а он старается как может. Позднее и он сам в письме к С. Баррет выражает свое мнение по отношению к ученикам.

Пишет, что их нужно воспитывать, а такие как Сильвия слишком добры к ним, как к младенцам. Никто не следит за ними, у них дома нет дисциплины, так пусть они научатся ей здесь. В этом конечно, есть доля правды. Он понимает, что дома дети брошены на произвол судьбы, и пытается исправить положение так, как умеет.

Школа, разумеется, не должна напоминать базар, но и не должна напоминать армию в худших ее проявлениях, когда вся жизнь строго регламентирована. Дети все-таки нуждаются в более теплой и доброжелательной атмосфере. В самом конце книги проявляется человеческое лицо Макхаби.

«Нам плохо без вас» — обращается он к мисс Баррет в своем письме. Так он как будто бы признает свои ошибки, извиняется перед ней.

Дети в произведении очень разные, их образы очень яркие и живые. Через ящик желаний, придуманный Сильвией мы получаем возможность узнать их мнения, характеры. Если в начале произведения свои записки они подписывают псевдонимами, то к финалу все они не боятся своих имен. Все раскрываются.

В книге отражается особая проблема американского общества актуальная и сегодня. Школа имени Калвина Клуиджа интегрированная. Это означает, что афроамериканцы, латиносы и белые учатся вместе. Роман был опубликован в 60-е годы прошлого века, а значит совсем скоро после отмены сегрегации в американских школах.

Для героев это явление новое и отношение к нему неоднозначное. Для меня было очень интересно читать мнения детей об интеграции, наверное, это не удивительно, учитывая специфику нашего университета.

Но я понимаю, что в произведении совместное обучение детей различной этнической принадлежности — это вопрос равноправия, тогда как для нас — это открытый путь к межкультурной коммуникации.

Шокирующим моментом для меня стала смерть одной из учениц. «Лазар Эвелин из вашего официального класса скончалась два дня тому назад от инфекции после самодельного АБ, что удостоверено медицинскими документами. Исключить ее из вашего журнала навсегда».

Исключая из журнала, в этой школе исключают из жизни, из памяти, из сердца. Учителя говорили о девочке практически без сожаления, никто не сопереживал искренне, одни отговаривались, другие и вовсе ругали девочку.

Мне это очень напомнило нашу жизнь, мы же так часто остаемся равнодушными к настоящим трагедиям.

Другой похожий эпизод — попытка Алисы Блейк покончить жизнь самоубийством. Учитель Пол Барринджер отнесся к ее откровению свысока, как он относился ко всем ученикам в школе.

Наверное, ему следовало вести себя по-другому, быть с учениками на равных, ну или хотя бы проявлять к ним интерес. Он не чувствовал призвания к преподаванию, а мечтал стать писателем. Но и в том, и в другом стал простым неудачником.

И в этом случае все проявили равнодушие. Они беспокоились только о том, как бы не вынести сор из избы, как бы не упал рейтинг.

В этом эпизоде, как ни в одном другом, ярко выступает метафора: «Не обращайте внимания на звонки». За этим стоит: «Игнорируйте сигналы, призывы детей о помощи».

Другая подобная метафора тоже сполна отражает школьную действительность. Медсестре нельзя прикасаться к ранам учеников, поэтому она поит их чаем.

Так и все школьные работники, небезразличные к судьбе детей, вместо того чтобы лечить их раны, лишь угощают чаем.

Проходя через все это мисс Сильвия Баррет переживает переломный момент. Из идеалистки выпускницы университета она превращается в учителя, такого, каким она сама хочет быть:

«Привет, училка, вы вернулись?» — здоровается со мною один из моих мальчишек.

«Я не „училка, а учительница. И у меня есть имя. Тебе бы понравилось, если б я обратилась к тебе: „Привет, зубрилка!?»

  1. «Еще как!»
  2. «Почему?»
  3. «Значит, вы наша».
  4. Она становится «своей», ведь роман заканчивается словами «Привет, зубрилка».

Для меня главной особенностью этого произведения стало то, что я смогла посмотреть на школу с точки зрения учителя.

Если раньше, изучая какие-нибудь педагогические теории, я примеряла их на себя, как ученик, то теперь — я могу занять другую позицию.

Для меня это очень важно, и мне кажется, что в этом и была основная задача курса педагогики. Научиться смотреть на процесс обучения с другой стороны, неизвестной мне до этого.

Источник: http://dodiplom.ru/ready/94937

Читать Вверх по лестнице, ведущей вниз

Посыпались письма – от друзей и совершенно незнакомых людей, причем один молодой человек – судя по вложенной фотографии, очень красивый – даже сделал мне предложение.

Учителя писали: «Откуда вы все это узнали? Ведь вы рассказываете о моей школе, о моем классе, о моих трудностях».

А директор одной из школ заверил: «Мы бы вам позволили ходить по всем лестницам и вверх, и вниз, как вам вздумается».

Итак, меня простили!

Я думала, что просто рассказала о том, что я знаю и что мне близко, у меня и в мыслях не было обращать кого-либо в свою веру. Могла ли я предполагать, что эта «забавная» книга произведет столь сильное впечатление – один критик написал, что она победно шествует по стране, точно армия с развевающимися знаменами.

Известность пришла ко мне нежданно-негаданно – так лорд Байрон в одно прекрасное утро проснулся знаменитым. Я стала высшим авторитетом по всем вопросам без исключения. Меня приглашали выступать по радио и телевидению, обсуждать самые разнообразные проблемы. Я получала призы и награды. Мне вручали адреса и грамоты.

Меня фотографировали на всех лестницах страны, где только я ни появлялась. В ресторанах меня просили оставить автограф на меню. Редакторы, издатели, продюсеры, директора лекционных бюро роем вились вокруг меня.

Но самую большую радость я испытала, когда вынула из почтового ящика письмо, на котором было написано всего лишь: «Мисс Сильвии Баррет, учительнице».

  • По роману была написана пьеса для любительских трупп, и все школы бросились ее ставить. Ребята, которые в ней играли, сообщали мне:
  • «Если бы не Ваша пьеса, никто не устроил бы мне такую овацию».
  • «Во время первого представления все очень смеялись, когда я должна была совершить самоубийство и выброситься из окна, но Вы в этом не виноваты».

По книге поставили фильм.

Мне, как техническому консультанту, разрешалось присутствовать на съемках, и я страшно гордилась, что все эти люди: актеры, осветители, операторы, помощницы монтажера, режиссер, продюсер, ассистенты, гримеры, художники, девчонки и мальчишки, которых отыскали в школах, в городских трущобах, в огромных многоквартирных домах и поручили им роли героев и героинь, – что все они собрались здесь, на съемочной площадке, только потому, что я однажды села за машинку и вставила в нее чистый лист бумаги.

Один из журналов готовил статью о том, как снимается фильм. Мы пошли домой к мальчику, который играл роль Хосе Родригеса и которого, кстати, тоже звали Хосе Родригес. Он не учился в школе – бросил. Его мать горячо пожала мне руку и сказала со слезами на глазах: «Очень вас прошу, напишите еще одну книгу о моем сыне!»

Премьера состоялась в Нью-Йорке, в концертном зале «Радио-Сити», и в 1967 году фильм послали на Московский кинофестиваль. Его показывали в огромном зале Кремлевского Дворца съездов, где собралось 5000 зрителей, и, когда фильм кончился, они долго и бурно аплодировали.

В мой следующий приезд в Советский Союз – весной 1977 года – меня ожидал замечательный сюрприз. Недавно созданная режиссером Александром Кравцовым «Студия сценических искусств» поставила музыкальную инсценировку по моему роману «Вверх по лестнице, ведущей вниз», и она шла с большим успехом.

И режиссер, и все актеры уехали отдыхать, но, узнав, что я приехала, вернулись в Москву и дали в мою честь представление. Когда пьеса кончилась, меня попросили подняться на сцену и сказать несколько слов.

И я выразила восхищение, что созданные мной герои так великолепно выучили русский язык, а в заключение сказала, что если что-то и способно сблизить наши страны, так это не политические дискуссии, а смех, который я слышала сейчас в зале, и слезы, которые видела в глазах зрителей.

Меня засыпали цветами, вся труппа поставила свои автографы на моей программке, актеры вышли со мной на улицу и, окружив машину, стояли и пели песню, которая проходит через всю пьесу. Незабываемое впечатление!

А какой чудесный подарок мне подарили, когда я приехала в Москву в июне 1986 года! Кравцов собрал всех актеров, которые играли в моей пьесе девять лет назад, и устроил для меня настоящий праздник.

Мое детство прошло в Одессе и в Москве, и потому русский язык мне очень дорог. Я благодарна Е. Ивановой и С. Шайкевич, которые перевели «Вверх по лестнице, ведущей вниз» на этот прекрасный язык. О переводах на другие языки мне судить трудно. Были очень забавные названия:

  1. На шведском: HEJ, FRPKEN! [1]
  2. На финском: OPIN SAUNA [2]
  3. На итальянском: SU PER LA DISCESA [3]
  4. На чешском: NAHORU POSCHODISTI [4]
  5. На японском: не могла ничего понять.
  6. А кто-то из друзей пополнил эту коллекцию названий, рассказав, что какое-то издательство пиратски нарушило авторские права и выпустило мою книгу, на обложке которой значилось: «Вверх ногами по лестнице» – это выявило в романе совершенно новый смысл.
  7. Когда в Соединенных Штатах книга вышла дешевым изданием в мягкой обложке и ее смогли покупать подростки, я начала получать от них письма – письма, адресованные мисс Баррет:
  8. «Дорогая мисс Баррет, вы помогли мне окончить школу».
  9. «В понедельник я делаю доклад о прочитанной книге, пришлите мне, пожалуйста, вашу биографию».
  10. «Без нас не может быть будущего».
Читайте также:  Краткое содержание рассказов беляева за 2 минуты

Это правда. Наше будущее сидит сейчас за партами в школе. В каком-то классе, в одной из школ – нет, в каждой школе – ребят по-прежнему учит мисс Баррет. И несмотря на трудности, которые переживают школы всего мира, образование идет вперед – благодаря тысячам преданных своему делу учителей, которые упорно поднимаются вверх по нескончаемой лестнице. Им я и посвящаю эту книгу.

Бел Кауфман

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1. Привет, училка!

Привет, училка!

Погляди на нее! Она учительница?

Кто она?

Это 304-я? Вы мистер Барринджер?

  • Нет, я мисс Баррет.
  • А у меня должен быть мистер Барринджер.
  • Я мисс Баррет.

Вы учительница? Такая молодая?

А она красотка. Эй, училка, можно мне остаться в вашем классе?

Пожалуйста, не толпитесь в дверях. Входите, пожалуйста.

Добрый вечер, мисс Барнет.

Мисс Баррет. Моя фамилия написана на доске. Доброе утро.

Не может быть! У нас классный наставник – дама!

  1. Надрать ему уши?
  2. Это классный час?
  3. Да, садитесь, пожалуйста.
  4. Я не из этого класса.

Вы будете у нас весь семестр? Вы постоянная или временная?

  • Парт не хватает.
  • Усаживайтесь как-нибудь.
  • А где нам сесть?
  • Это 309-я?

Кто-то стянул у меня пропуск. Дайте мне пропуск!

  1. Как ваша фамилия?
  2. Моя фамилия на доске.
  3. Я не разбираю ваш почерк.
  4. Мне нужно к медсестре, я умираю.
  5. Не верьте ему, он не умирает.
  6. Можно мне наточить карандаш в канцелярии?
  7. Да оставьте ее в покое, вы, идиоты!

Можно нам сесть на радиатор? Мы тут сидели в прошлом году.

Привет, училка! Вы наш классный наставник?

Да заткнитесь вы, идиоты! Вы же видите, что учительница хочет что-то сказать.

Пожалуйста, садитесь! Я бы хотела…

Эй, кажется, был звонок.

Почему нет миссис Синджер? В прошлом году в этой комнате была она.

Когда нас отпустят домой?

Первый школьный день, а он уже собрался домой.

Звонок. Начинаем занятия. Успокойтесь, пожалуйста…

  • Можно мне пропуск, я хочу попить.
  • Хотите, я разложу карточки по алфавиту?
  • Это какая комната?

Это 304-я комната. Моя фамилия на доске: мисс Баррет. Я буду вашей классной наставницей весь семестр и надеюсь встретить некоторых из вас на своих уроках языка и литературы. Говорят, что первые впечатления…

Источник: https://online-knigi.com/page/13750?page=2

Инсценировка по повести Белл Кауфман "Вверх по лестнице, ведущей вниз"

Инсценировка по повести Белл Кауфман «Вверх по лестнице, ведущей вниз»

Сцена 1-я. «Первый урок».

На сцене столы, стулья. На учительском столе учебники, стопка тетрадей. Слева – лестница с табличкой «Вверх», справа – лестница с табличкой «Вниз». Звучит песня в исполнении Фрэнка Синатры «Нью-Йорк». На сцену выходит учительница:

— Нью-Йорк – город моей мечты… Правда, школа на окраине. И учатся здесь дети бедняков. Я слышала, что ученики нередко устраивают драки, поножовщину, оскорбляют учителей.

Но я так мечтала работать учителем! И вот – свершилось! Сегодня у меня первый, самый первый урок в жизни! Я хочу создать в классе атмосферу теплоты и взаимного уважения, хочу, чтобы мои ученики полюбили литературу и, конечно, изменились к лучшему.

А ещё я мечтаю… (её слова прерывают звуки рок-н-ролла, несущиеся из транзистора одного из учеников. На сцену выбегают танцующие ученики, одетые по моде начала 60-х годов. Сильвия с ужасом смотрит на них. Затем музыка смолкает.)

1-й ученик: Привет, училка!

2-й ученик: Погляди на неё! Она учительница?

  • 3-й ученик: Такая молодая?
  • 4-й ученик: Мне нужно к медсестре, я умираю! (гримасничает, хватается то за сердце, то за живот)
  • Учительница: Я ваша классная наставница, кроме того, буду вести у вас язык и литературу.
  • 1-й: Литература – такая мура!

2-й: Кому она нужна? (ученики шумно рассаживаются, мест для всех не хватает, и несколько человек усаживаются кто на пол, а кто на колени к другим. Все громко разговаривают, толкаются, жуют жевательную резинку, надувая пузыри.)

Учительница: Прошу тишины, пока я провожу перекличку. Понимаю, что это неприятно, но скоро я вас всех буду знать (смотрит в классный журнал). Линда Адамс!

  1. 3-й: Здесь! (учитель отмечает в журнале)
  2. Учительница: Блэйк Алиса? (Алиса пытается привстать, но ей не дают)
  3. 4-й: Её нет!
  4. Учитель: Бланка Кэрол?
  5. В класс вбегает школьный секретарь, в руках бумаги.

Секретарь: Доброе утро, мисс Баррет. Завуч мисс Финч сказала, чтобы вы заполнили это (кладёт на стол бумагу) немедленно.

Учитель: Извините, я провожу перекличку. Бланка Кэрол!

Секретарь: Ей нужно немедленно!

Сильвия Баррет читает бумагу вслух. В это время ученики пускают самолётики, раздают подзатыльники, свистят.

Учитель: В графах «мужской пол» и «женский пол» укажите число учеников вашего класса, родившихся в следующие периоды… (прерывает чтение, так как раздаётся грохот) Мальчик, перестань стучать, я к тебе обращаюсь! (Ребята смеются)

Лу Мартин: Ну, я упал, и что тут смешного? Заткнитесь, болваны, а то я вытряхну из вас мозги!

Учитель: Тебе больно?

Лу Мартин: Нет, вот только голову немножко ушиб.

Секретарь: Вам нужно заполнить рапортичку о несчастном случае, мисс Баррет. В трёх экземплярах, и послать мальчика к медсестре..

1-й (другому ученику) Сними с меня ноги!

2-й: Ура! Звонок! Мы спасены!

Учитель: Я не слышала! Ведь прошло всего несколько минут!

3-й: Звонок, значит, можно выходить!

Учитель: (бросается к двери, умоляюще) Пожалуйста, сядьте! (Ученики выходят из класса, не обращая на неё внимания) Я бы хотела… Мы не успели… Ну, хорошо! (В классе остаётся одна девочка) Выходит, мы остались вдвоём. Как ваша фамилия?

Алиса Блэйк: Алиса Блэйк, мисс. Я осталась, чтобы сказать вам, что мне очень понравился ваш урок (прижимает руки к сердцу).

Учитель (удивлённо) Спасибо, хотя назвать это уроком…

Алиса Блэйк: Мне тоже надо идти, мисс Баррет. (уходит)

Сцена 2-я. «Невоспитанный ученик».

Сильвия остаётся одна. В класс развязной походкой входит ученик. В руках небольшой лист.

  • Джо: Вы – Баррет?
  • Учитель: Что это у тебя?
  • Джо: Пропуск, я опоздал (бросает пропуск на учительский стол).

Учитель: Но так нельзя. Почему ты кидаешь его на стол?

Джо: Я невоспитанный (падает на стул и кладёт ноги на стол).

Учитель: И грубить незачем. Пожалуйста, вынь жвачку изо рта, когда разговариваешь со мной, и убери ноги со стола!

Джо: Что сначала? Что, позвоните родителям? Или побьёте меня?

Учитель: Я никому не разрешаю так со мной разговаривать!

Джо: Вам легко – вы учительница (встаёт со стула и уходит, насвистывая, засунув руки в карманы).

Учитель (говорит на фоне песни «Wonderful world» в исполнении Луи Армстронга): Два с половиной пункта из двадцати по плану – вот всё, что я успела. Мальчик упал. Другой мне нахамил. А я хотела рассказать ребятам о Джеке Лондоне, Хемингуэе.

Оказалось же, что я даже не смогла проверить, все ли в классе, дошла лишь до буквы Б по журналу. Мои ученики свистели, кричали, и всё это с невинным видом, в то время как я стояла настороженная, как дрессировщик львов. Так прошёл мой первый учительский день.

Пока я ничему не учила, однако научилась многому (уходит).

Сцена 3-я. «Мои такие разные ученики».

Сильвия выходит под музыку буги-вуги. Когда она представляет своих учеников, они делают несколько движений этого танца.

Учитель: Прошло две недели. За это время я стала понимать своих учеников. Они несчастны, потому что их не любят и не понимают ни дома, ни в школе. (Ученики по одному выходят на сцену, а Сильвия их представляет):

Лу Мартин – первый комедиант класса, его конёк – строить рожицы. То он умирает от жажды, то чем-то поражён, то негодует… Знаю, что нельзя, но не могу удержаться от смеха. На самом деле он смеётся, чтобы не заплакать. Родители – безработные, семья – многодетная.

Кэрри – девушка, всегда мрачная, таящая ненависть ко всем. Её мать пьёт и избивает девочку.

Линда Розен страшно отстаёт в учёбе, но преуспевает у мальчиков.

А хорошенькая Алиса Блейк, всегда бледная, в трепетном ожидании любви, так уязвима и ранима, как бывает только в 16 лет.

Послушание и молчание – вот что у нас особенно ценится. В школе сплошные запреты (Выносятся ширмы с крупно напечатанными запретами). Без учителя ученикам не разрешают оставаться в классах, а в коридорах запрещено смеяться и бегать.

По одним лестницам можно только подниматься, по другим – только спускаться. Ну как же сделать, чтобы ребята доверяли нам, учителям?! Подростки кажутся грубыми, глупыми, наглыми и циничными. Но это потому, что они разуверились в порядочности и честности взрослых.

Скорее всего, это бравада. На самом деле эти ребята незащищённые, наивные, многие совсем неразвиты, ничего не читают и не хотят читать.

Но они так ждут понимания и человеческого отношения! Придумала! Заведу-ка я «ящик пожеланий» (уходит и возвращается с ящиком, крупно пишет на нём «Ящик пожеланий», затем снова уходит со сцены).

Сцена 4-я. «Ящик пожеланий».

Ребята входят по одному и, прежде чем бросить записку, читают её вслух.

Лу Мартин: Я выучил только одно – кавычки. Я знаю кавычки снизу доверху, и это всё, чему меня учительница научила.

Джо: Пусть Сильвия знает, что я сторговался со всеми учителями: я их не трогаю, а они — меня.

Линда Розен: Язык и литература – бред. Я надеваю тёмные очки, чтобы спать во время этой муры.

Лу Мартин: Некоторые просто не скроены, чтобы быть учителями. Слишком старые и нервные. Одна кричит, как резаная. У другой если случайно, извините, икнёшь, она выгонит в самый дальний угол школы.

Кэрри: Преподавать должен мужчина. Слишком много баб в школе, и все они никуда не годятся.

Джо: Мне не нравится, Сильвия, как вы одеваетесь, слишком ярко для учительницы. Краски сбавьте, а отметки прибавьте.

Ученики уходят. Появляется учительница:

А учителям и некогда учить, они перегружены бесполезной работой (в это время в глубине сцены с противоположных сторон появляются две учительницы, они мечутся по сцене, наталкиваясь друг на друга, перенося то глобус и карту, то учебники, то кипу бумаг, от которой разлетаются в разные стороны листочки): то в середине урока (выбегает секретарь) заставляют заполнять какие-то карточки, то нужно собирать деньги на добровольные пожертвования в пользу технического персонала, на баскетбольные билеты. (Раздаётся сигнал тревоги) И ещё учебные тревоги, которые, как назло, происходят в самый интересный момент урока! Почему, ну почему учИтеля превратили в человека, занимающегося пустой, ненужной работой! Больше всего времени отнимает вовсе не преподавание. Известна ли вам хоть одна профессия, где бы люди с высшим образованием раскладывали карточки по алфавиту, разносили извещения, сторожили столовую? А вот что думают ученики о своих учителях (уходит).

Сцена 5-я. «Наши учителя».

Выходят ученики и начинают обсуждать учителей.

1-й ученик: Есть у нас несколько хороших, трудолюбивых педагогов, таких, как Беатрис – бездетная вдова, кличка «Мамаша Шехтер». Домой не спешит, «замужем» за школой. Вот она умудряется нас чему-то научить.

2-й ученик: Есть и такие, кто искренне любит молодёжь. Эти одарённые учителя творят чудеса в своих классах. Остальные, как мне кажется, либо вообще сдались, либо вымещают зло на своих учениках.

3-й ученик: Мэри Льюис, учитель истории. Загнанная и запуганная, мчится она по коридорам, нагруженная, как мул; вечно жалуется на чрезмерную занятость.

4-й ученик. Фрэд Лумис, учитель математики. Он ненавидит нас жгучей ненавистью. «В пятнадцать лет, — говорит он, — их надо пинком в зад вышвыривать из школы».

1-й ученик: Директор Макхаби говорит, что мы должны ходить по струнке, иначе мы сделаем из учителей котлету.

Учитель: Конечно, посторонним наша работа кажется просто находкой: с девяти до трёх часов, пятидневная неделя, двухмесячный оплачиваемый отпуск, все праздники по календарю, почёт и уважение. Моей маме радужно видится мой рабочий день: она представляет себе такую картину.

Звучит «Concerto grosso 2» Вивальди. Выходят парами мальчики и девочки и исполняют менуэт, грациозно кланяясь учителям и желая им доброго утра. Девочки в длинных юбках, мальчики в белых париках из бумаги.

Учитель: О, если бы было так! (Обращается к ученикам) Алиса, ты почему целую неделю не являлась в школу? Джо, почему ты подрался? Ты собираешься исправлять двойки, Кэрол? О нет! Я больше не выдержу! Ухожу из школы!

Все (хором): Нет, Сильвия, мы вас любим! Мы же не нарочно!

Алиса Блейк: Раньше я ненавидела литературу. Мне даже было противно книгу в руки брать. Но когда я вошла в класс такая скованная и увидела ваше приветливое лицо, я сразу почувствовала интерес к вашему предмету.

Джо: Шекспир – это круто. Особенно мне нравится Гамлет с черепом в руках, которому он говорит: «Бить или не бить? Вот в чём вопрос!»

Лу Мартин: Вы хорошая учительница, если не считать противных книг, что вам приходится преподавать, как «Одисса», или «Одиссей», или «Одиссея», не помню. Я бы её и собаке не дал читать.

  1. Кэрри: Я желаю вам и другим учителям получить повышение жалованья, чтобы жить как надо.
  2. 1-й ученик: Вы нас понимаете!
  3. 2-й ученик: И вы ужасно умная!
  4. 3-й ученик: И мы вас любим!

Все встают в полукруг с Сильвией в центре. Хором исполняют песню группы «The Beatles» «Let it Be».

Источник: https://infourok.ru/inscenirovka-po-povesti-bell-kaufman-vverh-po-lestnice-veduschey-vniz-2961718.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector